Было настолько противно, что я решилась на безумство:
– Это противозаконно! Акиф Зейд взял меня третьей женой! Я не девственница! – закричала во все горло, срывая голос.
– Врешь! – взвилась Замира.
– Нет, мы объявим об этом после ярмарки, когда приедут мои родные.
– Если так… – смешался жрец.
Довлат со всего маху ударил меня по лицу, и я упала на землю. В голове помутилось. Меня никогда не били. Даже пираты, взяв в плен, не избивали, а тут какое-то ничтожество…
– Она врет! Если вы сейчас не проведете церемонию, то останетесь вместе с ней здесь, – отчеканил Довлат.
Сквозь звон в ушах и громкие перешептывания воинов до меня урывками доносилось быстрое испуганное бормотание жреца. И вот нас объявляют мужем и женой.
Нет! Нет! Только не это! Из глаз ручьем потекли слезы.
Пронзительный клекот в небе вторил моему внутреннему отчаянному крику. Я повернула голову и увидела Довлата, запрокинувшего лицо вверх.
– Наш Предок одобряет этот союз! – закричала Замира.
На лоб лжеакифа шмякнулся птичий помет.
– Предок отметил истинного правителя Игенборга! – в исступлении продолжала кричать женщина.
Но тут с неба спикировал Рорк, выставив острые когти. Довлат едва успел закрыться рукой. Позади раздался звон оружия, все смешалось, а я, обессиленная, лежала на земле, не в силах подняться, раздавленная тем, что нас успели объявить женатыми.
На защиту Довлата бросилась Замира, отгоняя ахану, и Рорк взлетел. На женщин он не нападал. Окровавленный мужчина с руганью отпихнул от себя Замиру и бросился к своим людям, где раздавались звуки схватки.
С воем раненой волчицы она бросилась за ним.
Жрец подошел ко мне, попытался поднять.
– Давайте я вам помогу. Простите, но у меня не было выбора, скажите об этом акифу.
– Руки связаны… – прошептала я.
– Что? – наклонился он ко мне.
– Руки… связаны, – сорванный голос не слушался.
Он зашел сзади и, подхватив под мышки, оттащил к деревьям.
Теперь я видела, как смешались фигуры в черном, отчаянно сражаясь.
Где наши, где заговорщики, не понять. Рорк кружил над ними с громким криком. Кажется, мой мстительный мальчик искал удобный момент наброситься на Довлата, а у меня сердце замирало от страха, что его в пылу битвы случайно заденут мечом.
Если сначала численный перевес был среди заговорщиков, то постепенно их ряды стали редеть, и они отступали к шахте. Довлат первый нырнул туда.
– А-а-а-а! – неожиданно донеслось из темного зева.
