Без многочисленных украшений, одно лишь скромное серебряное кольцо с бледно-зеленым камнем."
"– Корфа защищает чужестранок, – мягко проговорил я, вспомнив, как протестовала против нее Арджана.
– Мужчины Игенборга настолько слабые волей, что не могут удержать руки на месте при виде открытого женского лица? – фыркнула Риналлия.
Она определенно напрашивалась на неприятности! Арджана была более сдержанна в суждениях.
«Она воительница, – напомнил себе, – а эта… эта женщина не знает, что такое дисциплина. Избалованная эльфийка, решившая поиграть в торговлю и возомнившая себя мастером парфюмерии».
– Мужчины Игенборга ценят красоту, – ответил сухо. – И своих женщин предпочитают прятать от чужих взглядов, чтобы не провоцировать. За настоящих женщин стоит порой сражаться.
– Вы меня перепутали с одной из таких?
– Это была случайность, – сообщил я. – Со спины вы напомнили мне любимую женщину.
– Любимых невозможно спутать ни с кем.
Я скрипнул зубами и с трудом удержался от желания сжать руки на тонкой шее.
Такой изящной, такой…
– Айна, вы судите о том, чего не знаете.
– Уверены?
Ее тон выводил из себя. Где уважение женщины к мужчине? Где природная скромность? Что за дикая кошка рядом со мной?
Время, которое я выделил для прогулки, подходило к концу. Пора было возвращаться во дворец. По дороге доставить айну Риналлию к постоялому двору и постараться не придушить ее. И перевести тему беседы подальше и от любимых, и от специй.
Оставив несколько крупных монет на столе, я встал первым и увидел, как Риналлия протянула мне руку.
Машинальный жест, на который я в первое мгновение не отреагировал. Потом вспомнил: в Асдоре мужчина помогал спутнице встать, подавая ей руку. Жест вежливости, которого сейчас требовали от меня.
Это все магия эльфов! Только подобным можно объяснить то, что я не отошел вежливо, давая ей возможность встать, а сжал тонкие пальцы, потянул айну к себе.
Несмотря на легкий загар, ее кожа по сравнению с моей казалась белоснежной. И теплой, очень гладкой. По ней хотелось водить пальцами, рисовать невидимые узоры, гладить.
Поспешно отступил назад, разрывая контакт.
– На будущее, айна, – проговорил холодно. – Здесь не протягивают руку мужчине в ожидании помощи. Подобное можно расценить как жест благосклонности.
Кончики пальцев жгло от ее прикосновения. И еще запах. Я вдруг понял, чем от нее пахнет: свежестью и весной.
Глава 12
Вывод первый: в Игенборге мужчины любой жест в свою сторону рассматривают как благосклонность.
