Особое зелье

Надо было решать, что ему дальше делать…

Врагов вроде бы не осталось, а друзья так и не появились. Ждать здесь или пойти за ними? Игорь уже почти решился идти, когда мелкий песок у монумента взмыл в воздух, принимая форму массивного мужчины, а спустя секунду на узле появился Бизон.

— Игорь! — сложив громадные ручищи рупором, крикнул он. — Игорёк, ты тут?

— Тут! — сразу отозвался со своего места тот. — Сейчас подойду. Я тебя вижу.

— Уф… А я уж думал всё, потеряем тебя! — с облегчением вздохнул здоровяк. — Вера чуть с ума не сошла, когда ты один ушёл.

— Ну, если честно, то пусто тут совсем недавно! — признался Игорь. — Пару минут назад было, скажем так, многолюдно…

— Сам ты пустое место! — отозвался туман издалека.

— Тупой увалень! Глупый бородач! Вонючка! — поддержал туман со всех сторон.

— Это кто там, а⁈ — грозно взревел Бизон, выхватывая топор и перекидывая щит со спины.

— Говорил же: тупой! — добавил голос из тумана.

— Совсем! Пустоголовый! Мозгозадый! — отозвались другие порождения, а лицо Бизона налилось краской, и он сильнее сжал топор.

— Не обращай внимания, — посоветовал Игорь. — Они постоянно обзываются…

— По делу! Только правда! Мозгозадый жирдяй! Тощий трус! — отозвались голоса.

— И что, они так постоянно будут⁈ — перестав, впрочем, краснеть от ярости, возмутился Бизон.

— Почти не затыкаются, — кивнул Игорь."

"— Сам заткнись! Много болтаешь! Брехун! Тупой и ещё тупее! — поддержали его из тумана.

— И изредка нападают. Но лишь когда уверены в своих силах! — добавил Игорь.

— Иди ты в жопу! Звиздюк! Слабак! Поимей его, толстый! Мозгозадый, дай ему в лоб!

Видимо, последняя фраза Игоря очень не понравилась порождениям.

Бизон тяжело вздохнул и оглядел туман. А потом расстроенно произнёс:

— Я вот надеялся, что просто придётся подраться! — после чего получил ещё одну порцию комментариев в свой адрес, включая упоминание того, что думать надо головой. — А это, кстати, нормально, что они к монументу лезут?

— А ты приглядись к нему повнимательнее! — посоветовал Игорь.

Если уж честно, то и сам монумент выглядел так, будто его не мешало бы защитить. То есть, до крайней степени побитым жизнью. Серый камень, из которого он был сделан, потрескался, в этих щелях скопился песок, а сама поверхность была тусклой и запылённой.

— Не нравится, так вали! — отозвался туман.