Особые полномочия на любовь

Глава 31

Дно

ВикторС момента, как я оставил ее на работе, поставив перед выбором, не могу успокоиться.

Хочется дать самому себе в морду. С такими женщинами так нельзя. Но так надо. Иногда необходимость выше табу. Это тот случай. На пять минут заскакиваю в ледяной душ. Наскоро надеваю рубаху и легкие домашние брюки.

Ты же не придешь, правда?

Ты не придешь, и я приеду к тебе сам.

Открываю шкаф на кухне, достаю коньяк. Делаю несколько глотков прямо из горла.

Не смей приезжать! Что бы там ни было! Я приеду сам, ты попросишь помощи открыто, но вестись на шантаж не смей!"

"Смотрю на часы.

Делаю еще один глоток. Он застревает в горле. Прокашливаюсь. Свободная рубашка почему-то душит, я раздраженно дергают ворот. Пуговица отлетает…

Открываю дверь.

Ничто так не обезоруживает мужчину, как женская уязвимость. Последнее женское оружие, когда все остальное уже не работает. И Диляра в белом тончайшем платье в пол.

Обнимая себя за плечи, заходит внутрь. В глаза мне не смотрит… Обводит взглядом мою большую прихожую. Смотрит на себя в зеркало…

И что с тобой делать?

— Ну и зачем ты пришла? — рычу я.

Переводит рассеянный взгляд на меня.

— Не надо было?

С ее взглядом что-то не так. Она словно обдолбанная.

— Пришла — проходи…

Не снимая туфель, она плывет в том направлении, куда я указал. Это гостиная. На разложенном диване несколько стопок с документами, рядом столик с ноутом… лампа…

— Нет никого… — оглядывается растерянно.

— Ну, конечно, никого нет! — рявкаю я.

Пошатнувшись на каблуках, хватается ладонью за косяк. Вижу, как ее начинает трясти. Да и меня колотит не меньше.

Ну не могу я кнутом ее больше, пряниками попробовать?

Словно пьяная закрывает глаза, я вижу, как ее зрачки немного закатываются. Прижимаясь к косяку, начинает медленно оседать вниз.

— Тихо… тихо… — подхватываю ее, оседая вместе с ней.

Начинает глубоко и судорожно дышать.

— Ну что ты… девочка моя…

Прижимая к себе за затылок, укладываю лицом на свое плечо.

— Нет никого… и не будет… и быть не могло… всё, — ласково убираю пальцами волосы с ее лица. — Никто тебя не тронет… я обещаю.

Сжимаю ее крепче, успокаиваю тихие рыдания.

— Ты, — заикается она, — сказал…

— Ну ты же врешь мне, дурочка. Все время. Как мне тебя еще вскрыть?

Начинает рыдать громче, отталкивая меня.