Останься со мной

Я никогда не давил на нее, никогда не прогибал и по большей части относился как к партнеру, поэтому Эльвира теряется:

— Мне некогда, — голос начинает дрожать, — У меня дела.

— Отменишь.

— Даже не подумаю.

— Отменишь, Эль. Или сама назначай точное время, когда сможешь.

— У меня сейчас проект важный. Мне не до забегов по больницам. Может через неделю или две.

Я тут же мысленно прикидываю, что потом еще недели две ждать результат. На фиг надо.

— Нет.

— В смысле нет? Я не твоя комнатная собачка, чтобы прыгать по щелчку.

— Не драматизируй. Ты никогда не прыгала.

— Не дави на меня, Демид. Я вообще-то беременна. Мне нельзя волноваться."

"— Сдаем анализы и все. Если получаем положительный результат, обещаю никаких волнений у тебя больше не будет. Я лично за этим прослежу.

Она недовольно вздыхает, потом произносит.

— Хорошо. Сейчас проверю свой планер и напишу, когда смогу. Это все, что ты от меня хотел?

— Все, — специально ни слова не говорю о ее встрече с Ежиком, чтобы не выслушивать очередную порцию недовольства и претензий.

— Жду.

После разговора проходит минут пятнадцать, не меньше. Она явно испытывает мое терпение, но на провокацию я не ведусь. На Эльвире у меня отключаются эмоции и включается холодный рассудок.

Отправляю ей спокойное «Я жду». И только после этого мне приходит ответ.

«В среду в пять»

Неужели действительно придет? Не верю, но на всякий случай отправляю данные в клинику. Чем черт не шутит.

— Кхм-кхм, — раздается покашливание от двери.

Кручусь на кресле и вижу Артура. Он подпирает плечом косяк и исподлобья смотрит на меня.

— Вас можно поздравить?

— Давно уши греешь?

— С самого начала твоего разговора, — выпрямляется и идет ко мне, — ну так что, еще на одного Барханова станет больше?

— Нет. Эльвира по-прежнему настаивает на том, что беременна, — равнодушно жму плечами, — я по-прежнему не верю. Это дурацкая попытка меня удержать. Уверен, она и сама прекрасно это понимает. Как у вас дела? Как вероника?

— Собственно по ее просьбе я сейчас и пришел.

— Так позвонила бы сама, спросила.

— Смешно.

И он, и я знаем, что его Ника никогда мне позвонит. Даже если я останусь последним человеком на земле, она не будет со мной добровольно общаться.

— Передай ей, что сына еще не увидел, но уже был послан ни единожды. Если ей от этого станет легче, скажи, что закон бумеранга на мне отрывается по полной.