Вдруг вздрогнула – как очнулась – и, накинув кофту и схватив кошелек, не заперев в спешке дом, выскочила на улицу.
Она бежала на почту отбить телеграмму. Какое письмо? Письмо будет идти тысячу лет! А телефон Дарья не оставила.
Спотыкаясь и задыхаясь, Салихат добежала до почты. Выкрикнула с порога:
– Мадинка! Отбей телеграмму! Срочную, слышишь? – И, облокотившись на стойку, добавила: – Давай, давай! Не тяни.
Наутро почтальонша Зарема принесла ей ответную телеграмму:"
"Привезу в пятницу, вагон восемь, встречай подарочек.
Пятница. Сегодня среда. Время еще есть.
Салихат бросилась в дом наводить порядок. Сдернула шторы, замочила в тазу. Встала на стремянку, перемыла все люстры. Вытряхнула ковры и коврики. Достала из серванта парадный сервиз и тоже помыла. Зачем, сама не поняла. Вынесла во двор и выбила подушку и одеяло, застелила Сашеньке новое, только распечатанное белье.
Нарвала букет гладиолусов и поставила его на стол, в парадную хрустальную вазу. Потом сняла вазу, сдернула клеенку и постелила шелковую, в разводах, гостевую скатерть.
Ну и принялась за готовку. Все, что любит Сашенька. Ее мальчик. Ее любимый и единственный, лучший ребенок на свете.
Пироги с яблоками, пирог с мясом, блины – их он любит со сметаной и с алычовым вареньем. Куриный суп с домашней лапшой – Сашенька любит потоньше, в ниточку. Тушенное с травами мясо. Выскочила во двор, сгребла все банки, предназначенные для соседкиных внуков, и унесла их обратно в погреб.
Под вечер рухнула без сил.
Руки отваливались, ноги гудели, и ныла спина. Да разве это важно? Завтра она встречает своего Сашеньку, своего внука.
Ночью вертелась как уж на сковороде, волновалась. Как все будет? Как среагирует на нее Сашенька? Ведь он отвык от нее.
Вдруг вскочила, бросилась к серванту. Открыла ящик, пошарила рукой, нащупала футляр от очков и вытащила оттуда носок.
Села за стол, вывалила из носка все, что там было – сережки с горным хрусталем, подаренные ей на шестнадцать лет.
Дутый браслет из красного золота – подарок отца на свадьбу. Любимые мамины бусики из мелких гранатов. Папины часы, подаренные ею и мужем на его юбилей. И, наконец, кольцо. Единственно ценная и дорогая вещь. Она разглядывала его – даже без электрического света камни переливались, играли и вспыхивали алмазными гранями. Потому что бриллианты. Кольцо на годовщину их свадьбы подарил муж.
Дорогое кольцо, немыслимо дорогое. Цену она не знала, но догадывалась.
