Ему почему-то захотелось броситься вслед за незнакомцем, поэтому он и сказал Киламбе: — Ты извини меня, отец, но мне очень хотелось бы поговорить с этим Раулем!
— Сейчас?"
"— Если можно…
— Без проблем. — Хитро улыбнулся Киламбе. — Если ты сейчас пройдешь в этом направлении метров двести, — указал он в сторону, противоположную той, в которой скрылся Рауль, — то наткнешься на него…
— Откуда… — начал Савелий, но старик его перебил:
— Киламбе слишком долго живет на этом острове, много видит и много чего оседает в его голове, а Рауль из тех людей, поведение которых даже предсказывать неинтересно: настолько он прост.
— Старик поморщился, махнул рукой и медленно пошел прочь, как бы ставя точку в разговоре своим ответом.
Савелию ничего не оставалось, как последовать его совету. Как ни удивительно, но старый Киламбе оказался прав: вскоре Савелий, выйдя из зарослей на небольшую поляну, едва не столкнулся нос к носу с Раулем. Увидев Савелия, тот нисколько не изумился, даже не насторожился, как мог того ожидать Бешеный, учитывая его предыдущее поведение.
Он лишь неподвижно замер, рассматривая незнакомца.
Перед Савелием стоял человек, сильно напоминающий бродягу или даже юродивого — длинные немытые волосы, одежда, давно превратившаяся в лохмотья. Однако глаза этого старика не соответствовали его внешнему затрапезному виду
— они были настороженно-внимательные, зоркие, пронзительные и отнюдь не глупые.
Савелий сделал несколько шагов в его сторону и попытался «прочитать» его мысли. В голове Рауля в мешанине слов и тем чаще всего появлялись слова «Москва» и «предатели».
Это насторожило Савелия.
— Вы русский? — неожиданно чисто, без какого-то акцента спросил Рауль.
— Да, — ответил Савелий кратко.
— Из Москвы?
— — Да. — Савелий не видел смысла лгать и притворяться. — Я хотел бы с вами поговорить. Но Рауль, казалось, не слышал его.
— Из Москвы? Из Москвы теперь не летают сюда самолеты. — Он вопросительно и хитро взглянул на Савелия.
— Сюда я прилетел из Нью-Йорка.
— Значит, из Америки, — с каким-то непонятным, но заметным удовлетворением произнес Рауль.
— Я хотел бы с вами немного поговорить, — вежливо, но настойчиво повторил Савелий.
— О чем?
— Насколько мне известно, вы когда-то работали в лаборатории с русскими учеными… А я…
Рауль как-то по-звериному хрюкнул и громко сказал:
— О какой работе вы говорите? Здесь меня никто не берет на работу, и я никак не могу добыть денег, чтобы уехать наконец-то домой. — Взгляд его стал тусклым и безразличным.
