Остров Смертушкин

Почему же они промолчали? Софии тогда казалось, что попустительство – это более тяжкое этическое преступление, чем любая жестокость, которую оно прикрывает. Потому что молчание возводит жестокость в ранг нормы. Если толпа согласна, значит, ничего страшного не происходит.

Теперь она точно знала, что мир – это большая иллюзия, существующая только потому, что в нее верит так много людей.

Однажды утром ее окликнул Самуэль, который в коммуне считался кем-то вроде управляющего по хозяйственным вопросам. Именно он следил за тем, чтобы у всех была работа, именно он обеспечивал организацию налаженного быта.

Это был невысокий рыжий мужчина с глазами-изюминами, похожий на юркого таракана. Она всегда инстинктивно избегала Самуэля, хотя за все годы он не сделал ей ничего дурного. У него был взгляд подлеца. София стыдилась собственных подобных мыслей, считая их мелкими. Человек, который работает над собой, должен видеть в других отблеск бога, а не потенциал прохиндея. Но ничего поделать с собой не могла, поэтому просто держалась от него подальше.

– София, мне надо с тобой поговорить! – Самуэль направлялся к ней, сияя белозубой улыбкой.

– Добрый день, – слабо улыбнулась она в ответ. Больше всего на свете ей хотелось отшатнуться, но это выглядело бы подозрительно.

– Я решил, что с сегодняшнего дня ты больше не занимаешься кухней.

– Вот как? – удивилась София. Ее обязанности не менялись на протяжении последних, должно быть, десяти лет. В коммуне вообще были свои понятия о ходе времени, местных пугали любые перемены.

– Вовсе нет, что ты! – Самуэль поднял обе ладони в успокоительном жесте. – Да и нет среди нас гурманов. Просто я принял такое решение.

– Ну… Ладно, – немного удивленная, согласилась она. – Что же мы с Тау теперь будем делать?

– Тау уже взрослая девушка. – Тонкие губы Самуэля расплылись в сальноватой улыбке, за которую его хотелось наотмашь отхлестать по щекам. – Она недавно подходила ко мне.

София нахмурилась. Вроде бы ничего плохого ей не сообщили, но от интонации Самуэля веяло опасностью. «А может быть, это паранойя? – подумала она. – Тау отлично владеет луком и очень любит лес. Наверное, дочь достала моя постоянная опека…»

– У нее получится, – кивнула София. – Моя девочка выросла, а я и не заметила… Ну, а что насчет меня? У меня-то ноги больные, варикоз.