Остров Смертушкин

– Надеюсь, ты не полезешь в воду ночью, – поежилась она.

– Подождем рассвета. Только никуда уходить не будем, а то вдруг потом не получится найти этот пляж. Еще и рация вышла из строя – весь день какие-то помехи. Я даже не знаю наших точных координат.

– Может быть, развести костер?

– Нет, – твердо возразил Роман. – А вдруг об этих рисунках и правда никто не знает? Вдруг это не полноценный остров, а крошечный клочок земли, который никому не принадлежит? В мире много таких земель. Официально принадлежат ближайшему государству, но фактически на них веками никого не бывает – ибо незачем.

Мой приятель в прошлом году прикупил такой островок в Карибском бассейне. Думал, будет девушкам пыль в глаза пускать. Построит дом с бассейном и закажет дизайнеру собственный герб и флаг. А сам даже не сподобился хоть раз приехать и посмотреть на свою землю – всё через риелтора.

– Мы будем сидеть на пляже всю ночь? – обреченно поинтересовалась Яна.

– На рассвете я поднимусь на гору и осмотрюсь, а ты подождешь здесь.

Они уселись рядом, на теплый влажный песок. Черный песок и черный, тяжело дышащий океан слились в одно непроницаемое пространство. Их окутала мгла, которой, казалось, не было ни конца ни края. Роман обнял Яну, которую потряхивало не то от ночного прохладного ветра, не то от нервных переживаний. Наверное, со стороны они напоминали влюбленных, которые нашли заповедный уголок и пребывают в торжестве пустоты, как новые Адам и Ева.

– Да не волнуйся ты так, – смягчился Роман. – Всё будет хорошо, я тебе обещаю…

Спустя двенадцать часов, увидев ее отрубленную голову, равнодушные пустые глаза, уставившиеся в выцветшее небо над джунглями, он вдруг вспомнит свои слова, ледяной змейкой они проползут в подреберье и пробудят огненного дракона его совести.

Но это случится потом…

– Я никогда не искала приключений, – призналась Яна. – А все мои друзья, которые не любили скучно жить, не очень хорошо закончили…

– И что это были за друзья? – Не то чтобы Романа интересовали подробности прошлой жизни девушки, слишком молодой и простой, чтобы стать его желанной собеседницей.

Просто ему было грустно."

"Наверное, он предпочел бы молча созерцать усыпанное звездами небо – а когда еще увидишь столько звезд? Но это был благотворительный психотерапевтический акт – он же видел, что Яна из последних сил держится, чтобы не заплакать. И был ей благодарен за сдержанность, потому что женские истерики всегда деморализовали его, сбивали с толку.