Остров Смертушкин

«Ты умрешь за меня», – звучал в голове знакомый голос Небесной Дамы.

Последние минуты земной жизни Мария провела как в тумане, наблюдая за происходящим словно со стороны. В последние дни ей довелось вытерпеть столько боли, что прикосновение языков огня к ногам воспринималось как освобождение. Как будто где-то над ее головой приоткрылась невидимая дверь, и осталось потерпеть последние мгновения, прежде чем можно будет, оттолкнувшись от земли, вылететь через нее и раствориться за ее пределом.

За этой дверью ее ожидало спасение…

Всю жизнь Мария считала женщину из сна своим альтер эго.

Сознание ребенка готово принять любые невероятные вещи, сделать их частью обыденности. У детей варварское языческое мировоззрение, их мир населен волшебными существами, а сны являются такой же полноправной частью реальности, как любые будничные события. Лет до двенадцати Мария даже не задумывалась о том, что ее жизнь поделена на две равные части. В одной ее сжигают на костре за якобы еретические настроения, ей в лицо улюлюкает жаждущая крови толпа, с ней разговаривает древняя прекрасная богиня. В другой – ее награждают грамотами и дипломами за отличную учебу, ее любят родители и постаревший пёс по имени Улисс, она в кого-то влюбляется, с кем-то мечтает однажды встретить старость, с кем-то просто спит, а потом встречает Патрика и становится примерной женой.

Конечно, однажды пришло понимание – та, вторая, жизнь не вполне настоящая. Но в то же время она исполнена такими подробностями, она такая чувственная и привычная, что в ранг случайности ее не возведешь.

Марии было лет двенадцать, когда она начала задумываться о том, что же это такое – ночная реальность, в которую погружает ее бессознательное? Кто та женщина из сна? И кто та прекрасная богиня, Небесная Дама, ее вдохновившая, а потом отправившая на смерть?

Мария начала собирать сведения – терпеливо, с самого начала настроившись на многолетний труд. Уже первый поход в читальный зал дал ей понять, что каждый кусочек пазла порождает больше вопросов, чем ответов.

Родители были рады – дочь тихая и спокойная, всегда при деле, что-то пишет в многотомные тетради. В этом не было ничего необычного.

В родном городке Марии жили творческие люди. Каждый второй если не писал книгу, то сочинял музыку или шил причудливые наряды. Этому меркурианскому полету мысли способствовал неприветливый климат. Вечная ночь зимой, выстёгивающий душу ветер, серая морось, которая, казалось, пробирается под кожу, заполняет душу сырым тяжелым облаком.