Остров (Веласкес-1)

— Лейтенант Краузе, — широкоплечий ткнул ей в нос свой значок, на котором стояла эмблема Службы контроля, — я уже связался с вашим начальством, лейтенант Марк Эскобар, правильно?

— Эспер Веласкес — свидетель по делу об убийстве жителя Нижнего города Дэвида Марковица, — холодно сказала Волкова. Её таким напором было не испугать. — Он должен ответить на несколько вопросов, и может быть свободен.

— Вы, детектив, обязательно зададите ему свои вопросы, — лейтенант скорее ощерился, чем улыбнулся. — Но через несколько дней.

Когда Настя вышла из номера, её трясло от злости. Опять этот мажор вышел сухим из воды, но ничего, она до него ещё доберётся. Этот Краузе сказал — несколько дней. Значит, на ближайшие несколько дней у Волковой было две задачи. Первая — проследить за магом, и вторая — найти себе жильё подешевле. Желательно даром.

На берегу океана горел костёр, вокруг него сидели четверо, все — мужчины.

— Беда с этими бабами, совсем мозгов нет, — Минковский, невысокий мужчина с небольшим животиком, почесал затылок, проведя рукой по голове. Может быть, их привезли на этот остров, чтобы убить, но зато вот уже второй день на бывшей лысине росли волосы. Вообще, все проблемы отступали на второй план, а на первом было чувство, словно он качался на волнах — поле то поднимало его вверх, то мягко опускало вниз, унося в безбрежный океан силы и могущества.

Один из его собеседников, Юн Салливан, владелец завода по производству биополимера, рыжий, с грубыми чертами лица, кивнул. Это он разжёг костёр, правда, со второй попытки — во время первой дрова превратились в пепел за несколько секунд, а сам Юн слегка обгорел, но потом быстро восстановился.

— Пойду, посмотрю, как у них дела, — третий собеседник, журналист из Тампы Ринальдо Корсу, поднялся на ноги, и зашагал в сторону холма.

Салливан неодобрительно посмотрел ему вслед. С каждым часом вынужденные компаньоны нравились ему всё меньше и меньше. У всех у них скорость гармонизации с полем шла с разной скоростью, быстрее всего у него, Юна, остальные пока что только наслаждались единением, ничего особо не приобретя. Вот как, к примеру, Рафаль Минковский — тот больше говорил, но кроме как вырастить себе пару тощих волосинок ничего не смог сделать.