Остров везения

Лабрадору-поводырю Трисону на этот раз предстоит увлекательное и опасное путешествие. Вместе со своим новым подопечным академиком Василием Михайловичем и его женой он отправляется в круиз. Но во время остановки и прогулки на один из островов пес теряется. Его лайнер уходит, а Трисон остается совершенно один. Теперь лабрадору предстоит выжить в незнакомом месте и во что бы то ни стало вернуться на родину. Кто поможет отважной собаке?

Отвага – это неустрашимость перед лицом наступившего зла!

Много раз я слышал эту песенку – то в детском саду, то у соседей, а одно время даже мой подопечный Сашка напевал ее.

Веселый мотивчик! Слова, правда, ни о чем, но настроение песня поднимала. Помните?

А дальше там что-то о счастье постоянно жевать кокосы, есть бананы и тому подобное. Словом, ужас полный. Скажу вам, друзья, нажевался и наелся я этого добра столько, что до сих пор вздрагиваю при виде этих тропических деликатесов. Господи, не дай бог никому такого «счастья»!

После олигарха-охотника попал я в семью слепого академика.

Кстати, его очень долго уговаривали, чтобы он завел себе собаку-поводыря. В России это обычное дело. Почему-то слепые люди думают, что с приобретением собаки-поводыря у них проблем прибавится. Вот такое мнение ходит среди инвалидов по зрению. Даже обидно становится. А все потому, что очень мало информации на эту тему. Вот и приходится мне восполнять этот пробел. Вы читали мои книги: «Радуга для друга», «Формула добра», «Фукусима, или История собачьей дружбы»? Обязательно прочтите. Не бойтесь, это не занудные трактаты о проблемах незрячих, не свод нравоучений и не перечень инструкций. Приключений там на всех хватит.

Василий Михайлович – добрый такой старик, ласковый и очень медлительный. Хотя, честно говоря, для меня это было очень даже удобно. Со взрослыми все гораздо проще. Идешь себе спокойно, смотришь по сторонам, рассуждаешь, стараешься заметить каждую кочку, каждую трещинку в асфальте, ветки, бордюры, лужи. С молодежью так не походишь, те несутся сломя голову, того и гляди сам куда-то врежешься.

Кстати, мой старик не любил, когда его называли ученым. Однажды у нас гостили его молодые коллеги (посетителей здесь было предостаточно), и кто-то из гостей начал говорить с какой-то совсем уже вычурной фразы:

– Мы, Василий Михайлович, молодые ученые, считаем, что…

– Позвольте вас перебить, уважаемый, – воскликнул академик, – а то потом забуду.

– Да, пожалуйста, – смутился гость.