Остров зомби

Может, мне захочется устроить над ними суд и потрепать нервы американцам, если они будут задаваться.

– Пока эти двое живы, неприятностей не оберешься. Вспомните, что говорила ваша кузина Хуанита.

– Она говорила, что беда придет ко мне от святого человека с гор. А с ним я управлюсь иначе.

– Надо выбраться в горы и совершить наконец то, что давно пора сделать. Надо покончить с этим стариком. Я, навечно избранный президент, стану и религиозным вождем моего народа.

– Такого не позволял себе ни один президент, – предупредил Эстрада.

– Ни один президент не был столь велик и славен как Генералиссимус Корасон, – скромно произнес диктатор.

– О'кей, – сказал Эстрада. – Что же делать мне?

– Сделай так, чтобы клетки с американцами выставили на обозрение в центре города. Поставь вокруг часовых. Сделай плакат, что так Бахья расправляется с нарушителями порядка. А потом оставь все другие дела, свяжись с Соединенными Штатами и объяви, что мы разрываем с ними всякие отношения.

– Опять? Я только вчера проделал это.

– А сегодня я на время снова с ними подружился.

– А зачем мы так поступаем, генерал?

– Генералиссимус, – поправил Корасон.

– Конечно же, Генералиссимус. Виноват. Так зачем же?

– Нам лучше иметь дело с русскими. Если мы порвем с Америкой, они немного повоют и успокоятся. А русские в таком случае пришлют наемного убийцу. Тут уж не до смеха. И вообще коммунистом быть хорошо. Никто не станет придираться, что у нас есть политические заключенные и что крестьяне голодают, и все прочее.

Только союзники Америки должны заботиться о своем народе. Возьми хоть арабов. У них куча денег, а они ведь ни цента не дают в Организацию Объединенных Наций. Платят только Америка и союзники.

– Тонко придумано! – восхитился Эстрада. – Больше от меня ничего не требуется?

– Нет. Когда закончишь, подавай лимузин. Поедем в горы и разделаемся с этим старцем.

– Людям не понравится, если убьют их религиозного вождя.

– А люди ничего не узнают, – сказал Корасон.

 – Пусть это тебя не волнует. Пойду посплю, а когда проснусь – сразу отправимся. Как там насчет новых бабешек? Не появлялись?

– Ну, ладно. Посплю один. Так поставь клетки на площади. И не забудь про охрану!

Руби Гонзалес обменяла брюки и рубашку, даже не без выгоды для себя, на муму – длинный бесформенный балахон с цветами на зеленом фоне – типичную женскую одежду этого региона. Однако ремень она предусмотрительно оставила себе.