Зрелище обещало продолжиться. Да ещё и какое! Не каждый день увидишь, как с дворян спесь сбивают. Впрочем, двое молодых шевалье вообще не выглядели обеспокоенными. Привычно скинули с себя ремни с ножнами, и положили рядом со мной. Попрыгали, потрясли руками, разминаясь, и пошли к стражникам. А те уже стояли, хищно улыбаясь, и радуясь двукратному увеличению своих капиталов. Жак что-то тихо шептал своим коллегам, видимо, разрабатывая план на бой. А юноши, переглянувшись, кинулись на стражей.
Дрались дворяне неумело, размашисто.
Но при этом были очень быстры и обладали отменной реакцией. Нет, против шестерых всё равно им несладко приходилось. Уже через минуту у одного от удара стражника вздулось левое ухо. У второго нос и губы были разбиты в кровь. Но шевалье Эрле и Ортос не сдавались. Отчаянно бросались на стражников, и вот уже двое красных упали в пыль. Следом отправился третий. Ещё одного дворяне ударили одновременно, и тот, утробно хрюкнув, тоже упал. Но при этом, Ортос пропустил мощнейшую плюху от Жака, и сам покатился по земле.
Арт Эрле, тот самый, что подошёл ко мне, остался один на один с двумя стражниками. И он, и стражники сильно устали, и сделали паузу, набираясь сил перед решительной схваткой. Арт шёл по кругу, тяжело дыша, чуть ссутулившись и опустив руки вниз. Стражники, стоя на месте, лишь поворачивались за дворянином, стараясь отдышаться. Шевалье бросился вперёд, и попал-таки кулаком в голову Жаку. Главный стражник упал, но его напарник кинулся на шевалье и успел нанести мощный удар.
Если бы удар дошёл до цели, вряд ли Эрле смог бы устоять, но дворянин в последний момент успел убрать голову, и удар пришёл вскользь, лишь разбив бровь юного храбреца. Его друг Пьер радостно вскрикнул, и стал подбадривать товарища. Но Арт в поддержке не нуждался. Накинувшись на последнего стражника, он стал наносить град ударов, и в итоге попал-таки несколько раз в лицо, отчего стражник тоже завалился навзничь. Победа была безоговорочной.
И кто-то из зрителей даже начал аплодировать храбрецам и устроенному ими представлению.
Я встал, тоже несколько раз хлопнул в ладоши, забрал у Торре деньги и лично передал дворянам:
– Господа, – обратился я к ним, – За столь великолепное зрелище разрешите угостить вас хорошим обедом! Только я вовсе не знаю вашей столицы, потому, если вы порекомендуете мне, где это можно сделать, я с удовольствием провёл бы время в вашей компании.
