Освободитель

А граждане выпивающие вели себя на удивление спокойно и не шумно. Вывод – либо накидаться не успели, либо действительно те самые гости из Шторна, которые ОПГ, а по нашенски – организованная преступная группа.

Я проскользнул в конец зала, заметив, что за одним из столиков сидят четверо дворян, а с ними четыре расфуфыренные простолюдинки. Хмыкнув, быстренько оглядел решивших гульнуть шевалье, и присел за один из свободных столиков. Передо мной тут же возник, будто из ниоткуда, служка:

– Чего изволите? – грубовато спросил трактирный работник, больше смахивающий на вышибалу, а не на официанта.

– Вина и жаркое, – проговорил я.

– Вина сколько и какое? Есть за пять рупьев бутылка, а есть за двадцать!

– А тащи за двадцать! – решился я, – Гулять, так гулять!

Служка кивнул и неторопливо пошёл в конец зала, а ко мне за столик тут же порхнула какая-то молоденькая девица. Пьяная до той степени, когда лицо расплывается, и по человеку не то что возраст – эмоции трудно определить.

– А ты неэ хочэ-э-эшь раз.

. ик… влечься?

– Я подумаю, мадам, – улыбнулся я в перегар.

– Ма… ик… дам? – удивилась девка. И тут же разулыбалась, и проговорила в пьяном откровении: – И дам! Без ма… ик… всяких. Ты симпатичный.

И тут вступили в действие мои бойцы. Дверь трактира распахнулась, ворвались сразу пятеро в масках и заорали:

– Всем на пол! Работает омон!

Такого цирка с конями я, честно говоря, ни разу не видел! Народ, даже дворяне, просто попадали со стульев на пол мордой вниз, и простёрли руки вверх, показывая чистые ладони.

Даже моя собеседница, икнув громче обычного, шлёпнулась на пол и замерла там, время от времени икая, и дрожа всем телом. Даже толстый трактирщик плюхнулся на пол где-то за стойкой так, что посуда на шкафах зазвенела! Лишь молчаливая компания недоумённо посмотрела на ворвавшихся, на упавших посетителей трактира, и стала неторопливо подниматься из-за стола. Пара мужиков даже мечи из ножен потянули. Это и стало их фатальной ошибкой. Ворвавшиеся следом ещё два десятка омоновцев со щитами принялись крушить не упавших посетителей и валить их на пол. Шестеро упали плашмя после удара резиновых дубин. Четверым оставшимся упасть на пол омоновцы помогли с помощью приёмов рукопашного боя, ласково завернули руки, и быстро стали стягивать путами.

Один из дворян, увидев, что я продолжаю сидеть, зашептал с отчаянной храбростью:

– Падай, дурак! Искалечат же!

Я пренебрежительно махнул рукой и поднялся, откинув капюшон.