Освободитель

Хоть и вечер, но в других городах в это время гуляли ещё все. И торговля шла. А тут вроде и были люди на улицах. Но сумрачные. Стояли или шли вдоль домов, подальше от дороги. Останавливались, и молча провожали взглядом. Лишь однажды увидел два десятка бойцов из своей тысячи, которые приветствовали наше появление. Честно признаюсь, когда к дворцу подъехал, даже облегчение почувствовал. Там уже мои легионеры были, и Торре навстречу выскочил:

– Милорд! Ваше Высочество! – закричал он издалека, – Как хорошо, что вы приехали!

Я соскочил с байка, и сразу передал его подскочившему легионеру:

– Её Высочество размести в покоях.

– Готово, вашество, – заулыбался Торре. – Самые лучшие покои вам подготовили.

Милтон кивнул своему ординарцу, и тот повёл Эльзу во дворец, а мы присели прямо во дворе, и Торре начал рассказ.

– За градоначальника был граф Пье Ростовал. Отказался признавать распоряжение императрицы, ну и я… – разведчик замялся, но я его подбодрил.

– Уже знаю, дружище! Правильно сделал! Что остальные дворяне?

– А сразу же ушли.

– И здесь молодец, – кивнул я.

– За полчаса все убрались из дворца и из ратуши! Остались только слуги.

– К лучшему! Сами потом пригласим, кого надо. Дальше?

– А дальше ничего. Сидим здесь, ждём вас. Стража вся разошлась здешняя по домам. Я выделил патрули. Делают обход города. А Шторн будто вымер.

– Ничего удивительного. Этот Ростовал, оказывается, и заправлял всем. Даже бандитами. Город давно опутал. Те разбойники, что в Лесанию припёрлись, очень разговорчивыми оказались. Так что адреса всех зачинщиков мы знаем. Сегодня же ночью и начнём зачистку!

Десятерым сотрудникам Тайной канцелярии я указал на подворотню, и произнёс:

– Подождите нас там. Когда закончим, вас пригласят. Ваше дело не рисковать собой, а провести тщательное расследование! Завтра здесь будет магистр граф Прет Карильон, ему и будете обо всём докладывать.

После я махнул омоновцам, указав на цель. Обитые железом двери двухэтажного каменного дома с узкими, будто бойницы окнами, выглядели неприступно, но мы привыкли и не к таким преградам. Омоновцы кинули под дверь две гранаты, и прислонились к стене. Бахнуло, и дверь, сорванная с петель, грохнулась внутрь.

– Бойся! – заорал один из бойцов, и мы привычно зажмурились.