От босса беременна

— Михаил Захарович! — скрипит дверь Пузыря, — Как хорошо, что вы зашли! Я как раз к вам собирался!

Я трясу головой, и с трудом отрываю взгляд от Овечкиной, чтобы перевести его на Гаврилу.

— Идемте, Михаил Захарович, у меня к вам огромная просьба!

* * *— Помощница мне в поездку нужна, Михаил Захарович! — лебезит передо мной Пузырь.

— Дорос что ли до личного секретаря? — хмыкаю я.

— Много расчётов, шеф, цифр, боюсь одному мне не справиться, — не обращает внимание на мою грубость главбух.

Ну и дела… Да уж, если на Красавину еще можно положиться, то вот на Татьяну… вообще ее что ли уволить нахрен?! Гаврила тоже только орать может на своих баб.

— А кого ты хочешь в Сочи взять? — прищуриваюсь я.

— Ольгу Васильевну.

— Эту старую воблу? Хочешь попялиться на ее целлюлит в купальнике?"

"На самом деле, ничего против целлюлита и возраста своих сотрудниц я не имею. Но Ольга Васильевна — первая сплетница и крайне мерзкая женщина, толку от нее будет не больше, чем от моей Татьяны.

— Ну не Овечкину же с собой тащить. — брезгливо оттопыривает губу Гаврила.

А меня как током сшибает от этой мысли.

— Чего ты против Овечкиной имеешь?

— Да она же тупая как пробка. Еще и воровка. — присовокупливает Пузырь.

Мне становится неприятно. Будто значимого для меня человека опустили.

— Все ошибаются. — возражаю я. — И она платит за свой поступок. А на счет тупости: это твой сотрудник, Гаврила, натаскай ее по этой сделке. У тебя еще четыре дня впереди.

— Шеф, вы сейчас серьезно? — Гаврила белеет от злости.

— Я похож на шута? — рычу я.

Рычать-то рычу, но вот на душе сразу как-то спокойнее становится. Пригляжу за этим горем луковым в поездке, а то мало ли что без меня с ней случится. Она ведь ребенка моего вынашивает, как никак. То есть, просто ребенка. Просто ребенка, я сказал!

Глава 27

КРИСТИНА

Утро добрым не бывает. Особенно раннее. Особенно с токсикозом… Мне на работу к девяти, как и детям, всем троим, в садик.

Кто-то из них сходил по большому, и меня выворачивает наружу, едва ли я завладеваю ванной комнатой. На кухне меня тоже поджидают малоаппетитные запахи. Надя варит манную кашу, а ко мне тошнота подступает, едва ли я ощущаю запах пригоревшего молока.

— Ешьте! — рявкает на детей Надежда.