От дружбы до любви

Вряд ли Сеня будет проводить столько же времени с ним, как раньше. Ей придётся сосредоточиться на своих будущих отношениях.

Как же не хочется её терять.

Они не давали друг другу клятвы, что будут вместе всю жизнь, но их тянет друг к другу, словно магниты. Конечно, она будет такой же назойливой язвой, как и раньше, но свою широченную улыбку и эти щенячьи глазки будет отдавать другому.

— Зачем? — стоит на месте, сжимая кулачки.

— Мне надо пару вещей забрать, чтобы завтра поехать в универ. Давай, не топчись, котёнок.

И она улыбается, да так широко, что сводит скулы. Садится в машину, тут же стягивая куртку, потому что ехать до его дома почти на другой конец города. Кирилл крутит обогрев, включая музыку громче.

Сеня заходит в дом, чтобы поздороваться с родителями Кирилла, пока он уходит собираться. Оглядывается по сторонам, пока Наталья Андреевна предлагает попить чай и не убегать с пустыми руками, потому что приготовила вкусное рагу из овощей. Она любезно отказывается, когда слышит, как на втором этаже что-то падает.

Заезжают в магазин, покупают фисташковое мороженое и газировку. Это важно, потому что Сеня не сможет уснуть, не наевшись мороженного и не запив сладкой водой.

Не может сдержать улыбки, когда входит в её скромную обитель, где их встречает Татьяна Леонидовна.

— Привет, Кирилл, — чмокает парня в щёку. — Как там родители поживают?

— Вполне, — кивает, стягивая свитер и оставаясь в футболке.

— Сеня, поздно не ложились! Ты начала плохо вставать! — бухтит мама Сени, провожая их до комнаты.

— Мне ко второй! — весело смеётся Сеня. — Спокойно ночи, мам.

— И вам хорошо провести время, — целует дочь в макушку и уходит, позволяя ей прикрыть дверь.

Кирилл хватает пульт от телевизора, подключаясь к телефону, чтобы транслировать кино, которое выбрали по пути домой. Сеня хватает пижаму и ускакивает в коридор, чтобы переодеться. Когда возвращается, Дубровский мажет по ней взглядом и уже готов передумать оставаться ночевать, потому что соски топорщатся в майку, которая почти ничего не скрывает, а ультракороткие шорты открывают вид на стройные ноги.

Это почти выше его сил: быть с ней, когда она почти раздета.

— Когда ты уже перейдёшь на зимний вариант пижамы? — интересуется Кирилл, сбрасывая футболку и оставаясь в спортивных штанах.

— В смысле? — улыбается, укладываясь на диван с коробкой мороженного и двумя ложками. — Тебе не нравится моя пижама? — рукой открывает крышку, не замечая, как Кирилл закатывает глаза.

— Становится холодно на улице.