И хотя страницы эти, в общем-то, пронизаны юмором, не особенно свойственным Крестовскому-беллетристу, но, с другой стороны, они полны сочувствия к ужасающей еврейской нищете, а в конце концов душевные качества погруженных в гешефтмахерство мелких факторов и ростовщиков оказываются выше не только русских дельцов, но и людей из «общества». Напомним: речь здесь идет не о евреях, а о русских офицерах и их отношении к евреям.
Если до середины XIX в. подавляющее большинство офицеров было из дворянства, в том числе поместного, то в дальнейшем произошла демократизация офицерского корпуса.
К концу XIX в. количество офицеров из дворян, особенно в армейской пехоте, резко понизилось. Так, на 1895 г. в армейской пехоте офицеров из потомственных дворян было 39,5 %, а из мещан и крестьян – 13,5 %; в армейской кавалерии и инженерных войсках офицеров – потомственных дворян было по 66 %, в артиллерии – 74 %, а офицеров из податных сословий – соответственно 3,7, 5,1 и 3,8 %. Как видим, в более дорогой кавалерийской и более сложной, требовавшей специального образования инженерной и артиллерийской службе процент офицеров из потомственных дворян резко повышался, а из податных, напротив, снижался.
Конечно, это отнюдь не значит, что все потомственные дворяне были помещиками – этот вопрос рассмотрим чуть ниже. В гвардии процент офицеров из дворян был значительно выше, но не покрывал всего офицерского состава. В гвардейской пехоте и артиллерии офицеров из дворян было по 90 %, а в дорогой кавалерии – даже 96 %.
Но имелись гвардейские офицеры из крестьян и мещан: по 1 % в пехоте и артиллерии и 0,3 % в кавалерии. Всего же по сухопутным войскам России офицеров из потомственных дворян было 50 %, а из крестьян и мещан – 10 %. Иной была картина во флоте: строевые офицеры выпускались только из Морского корпуса, куда принимались исключительно дворяне. Зато флотские специалисты искони были из разночинцев, что обусловило даже названия их чинов (артиллеристы и штурманы носили сухопутные чины, у корабельных инженеров были свои особые наименования чинов), характер знаков различия (узкие серебряные погоны) и положение в кают-компании – это были парии корабельной службы, крайне редко достигавшие высших чинов.
Случай с адмиралом С. О. Макаровым, вышедшим из самых низов (сын боцмана, затем младшего офицера портовой службы), – единичный.
Итак, в подавляющем большинстве все это были профессиональные служаки, жившие на одно жалованье.
