От дворца до острога

Да и, вообще, костюм должен был строго соответствовать месту и времени, и нужно было точно знать, когда надевать белый галстук, а когда черный, белый, черный или цветной жилет, черный или цветной фрак и какого цвета должны быть к нему панталоны. В противном случае окажешься смешным, а это – смерть для светского человека.

Так легко ли быть светским человеком?

Велик ли был «большой свет»? Читатель, верно, обратил внимание, что в главе постоянно фигурируют одни и те же фамилии: Шереметевы, Гагарины, Голицыны, Воронцовы, Волконские… В «Великосветском ежегоднике» (выходил и такой!) за 1914 г.

значатся 7200 представителей петербургской знати. Но, вообще, понятия «большой свет», или просто «свет», «высшее общество», или просто «общество» были довольно широкими. Кроме неслужащего богатого барства, сюда входили и служащие, делавшие вид, что служат, или прислуживавшие, чиновники, офицерство и даже, в незначительных размерах и большей частью во второй половине XIX в., лица свободных профессий, нередко выходившие из того же богатого барства. Кем был граф Л. Н. Толстой? Офицером? Богатым барином? Человеком свободной профессии? И тем, и другим, и третьим в разные периоды своей жизни, но одновременно светским человеком, пусть и бежавшим света в период своего опрощения. Кем был философ, профессор и ректор университета князь Е. Н. Трубецкой? Так же светским человеком. «Общество» давало пустышек, но из него рекрутировалась и немалая часть русской интеллигенции; естественно, в нем циркулировали или даже вырабатывались разнообразные общественные убеждения, мнения или просто модные поветрия.

Свет включал в себя и придворных, и чиновников высших рангов с семействами, и военных, разумеется, главным образом гвардейцев. Но здесь речь шла преимущественно о дворянстве неслужащем. За счет чего же жило оно, чтобы держать салоны, принимать в гостиных, появляться в клубах? Конечно, за счет имений, за счет крепостных. Заключая свою прекрасную книгу о «Грибоедовской Москве», М. О. Гершензон писал: «На злачной почве крепостного труда пышно-махровым цветом разрослась эта грешная жизнь, эта пустая жизнь…» (48; 105).

Поэтому после отмены крепостного права светское общество начало потихоньку хиреть и разжижаться чуждым элементом. Но был еще один, может быть, более важный источник материального благосостояния: долги… Долги казенные и частные.

Упоминавшаяся здесь М. И. Римская-Корсакова, имевшая 2500 душ, почти два года провела с дочерьми в Карлсбаде и Париже.