От дворца до острога

С. Чумаков описывает в дневнике за 1882 г. несчастный случай на семейной паровой мельнице, случившийся с малолетним рабочим: «Тут он пришел в себя, многих стал узнавать, называя по имени крупчатника и меня, говоря при этом, что по своей неосторожности попал: стал надевать на привод ремень, хотелось ему отточить железку для ножика. Все это он говорил при твердой памяти и даже каялся священнику, так как его приобщали святых Тайн. Тотчас же был приглашен доктор Горелин для операции ноги… Рабочий погибший… одиннадцати лет, находился при обойке мальчиком, но в то время обойка не шла» (94; 146).

Итак, рабочий погиб не в том отделении предприятия, где должен был работать, и попытался самовольно воспользоваться механизмом для личного дела – изготовления ножа: двойное нарушение правил. Автор бывал свидетелем подобных случаев и в свою бытность рабочим.

Пресса того времени пестрит сообщениями о несчастных случаях на транспорте и производстве. Их обычная причина – легкомыслие, неловкость, невнимание и тривиальное разгильдяйство в виде пренебрежения правилами техники безопасности.

Это наши национальные причины. В 80-х гг. XIX в. в Германии и Австрии на 100 рабочих было два случая травматизма, в России – от 7 до 14; при этом фиксировались в России только серьезные случаи, с утерей трудоспособности более чем на два дня, да и то с пропусками. По вине рабочих в Англии и Германии происходило до 20 % несчастных случаев. У нас инспекция не фиксировала виновников, но известный экономист И. И. Янжул писал, что «довольно значительная доля несчастий от машин происходит от чистки их во время хода или действия», что запрещалось правилами. При этом, от 45 до 67 % несчастных случаев приходилось на долю малолетних, как известно, отличающихся не только неопытностью, но и легкомыслием, и неосторожностью. О роли неаккуратности косвенно свидетельствует тот факт, что несчастные происшествия с мужчинами случались в 3–3,6 раза чаще, чем с женщинами, которые более аккуратны и осторожны. Наконец, в России доля летальных исходов при несчастных случаях была в 1,5 раза выше, чем на Западе (112; 262, 263).

Нам довелось рассказать о многообразной русской снеди и о множестве лоточников, торговавших коврижками да пряниками, маковниками да грешневиками. А ведь кто-то все это делал – не городской ли рабочий люд? Именно города и славились своими лакомствами – вяземскими коврижками, тульскими да городецкими пряниками, московскими калачами да сайками.