"Летный состав" экипажа состоял из двух человек — пилота и штурмана, поскольку уследить за окружающей обстановкой и одновременно управлять аппаратом при имеющемся уровне автоматики и приборов одному человеку оказалось сложно. Поэтому, чтобы не усложнять и не утяжелять электронную начинку "Крокодила", просто добавили в экипаж штурмана, и это сразу же сказалось на результативности полетов. Пилот и штурман работали каждый со своего монитора и выполняли свою задачу, не мешая друг другу. После первых же полетов стало ясно, что беспилотник вертолетного типа у Иванченко получился Аппарат, скомпонованный по классической схеме, — с одним несущим ротором и хвостовым винтом получился довольно тяжелый — взлетный вес с полной нагрузкой сто тридцать восемь килограммов и с приличными размерами для беспилотника палубного базирования.
Но запаса топлива хватало на четыре часа полета при крейсерской скорости порядка шестидесяти километров в час, и при этом имелась возможность взятия полезной нагрузки на внешнюю подвеску до двадцати килограммов при полном запасе топлива.
Иванченко сразу взял повышенные характеристики, так как резонно рассудил, что в ходе конструирования от него все равно не отстанут и начнут просить "изыскать возможности", "найти скрытые резервы", "добиться экономии сухого веса для увеличения полезной нагрузки" и т. д. Так оно в итоге и оказалось. Поэтому когда невиданного монстра впервые выкатили из сборочного ангара и Генеральный Конструктор озвучил его проектные данные, это вызвало взрыв восторга у "заказчиков".
Плохо было только то, что на создание "Крокодила", как окрестили новый аппарат за внешнее сходство со своим собратом из XXI века — штурмовым вертолетом Ми-24, пришлось использовать материалы из будущего для наиболее ответственных узлов, и обрабатывать их на станках в мастерской "Тезея". А двигатели требовали качественное топливо и масло, поэтому заправлять их ГСМ собственного производства пока что было чревато.
Во всем же остальном аппарат получился довольно удачным. Сан Саныч Прохоров со своей стороны обеспечил вертолет надежной электроникой, удобной в управлении и средствами радионавигации. Теперь можно было не бояться отправлять беспилотник в ночной полет с потерей визуального контакта с "вертолетоносцем". Во время наземных, а точнее палубных испытаний определили дальность действия команд с пульта управления.
