От Гудзона до Ла-Платы

Когда его товарищи будут бить испанцев, он будет выполнять роль извозчика. И после разгрома испанцев (по другому-то и быть не может!) все будут в него пальцем тыкать. Дескать, это тот самый Эванс, который вместо того, чтобы бить проклятых папистов, в это время барахло возил. И ведь не будешь объяснять каждому, что выполнял приказ… Ну удружил губернатор, так удружил…

На борту "Дартмута" ситуация повторилась почти один к одному, только источником недобрых вестей послужил теперь сам Эванс. Офицеры очень удивились полученному приказу и попытались узнать подробности, но Эванс только отмахнулся.

— Сам толком ничего не знаю, господа. Приказано доставить груз в Англию. И не куда-нибудь, а прямиком в Лондон. Вот и придется доставить, хотя мне это не по душе. Понимаю ваше желание надрать задницу проклятым папистам, но ничего не могу поделать. Приказ есть приказ. Поэтому срочно готовить корабль к выходу. Через два дня мы должны покинуть Порт Ройял…

С этого момента на "Дартмуте" началась обычная предотходная суматоха.

Грузились запасы провизии, воды и различного снабжения, прибыла первая партия груза в тяжелых закрытых сундуках под усиленной охраной. Один сундук на пристани нечаянно уронили при снятии с повозки и он раскрылся, рассыпав содержимое. У многих присутствующих загорелись глаза при виде рассыпавшихся монет, но охрана быстро навела порядок. Деньги собрали обратно в сундук и погрузили на фрегат. Некоторые темные личности постоянно ошивались неподалеку, но многочисленная охрана ставила крест на любых попытках поживиться.

Два дня пролетели быстро и "Дартмут" был уже готов к выходу, но обещанных таинственных пассажиров все не было. Эванс стал надеяться, что пронесет. Увы, его надежды не оправдались. Выход был назначен на следующее утро, но когда стемнело, на палубу поднялись четыре человека, которые помимо обычных дорожных сундучков несли также длинный узкий ящик. Старший из пассажиров предъявил приказ губернатора, подтверждающий его полномочия. Ничего нового в приказе не было, все нюансы Эванс уже знал.

Поэтому оставалось только разместить гостей и ждать утра. "Дартмут" был полностью готов к далекому переходу в Англию.

Когда вахтенный матрос постучал в каюту Леонида поздно вечером и сообщил, что его срочно вызывают в радиорубку, то он сразу понял, что случилось что-то важное. Вахтенный радист доложил, что срочно вышел на связь Форт Росс. Взяв трубку радиостанции и послав вызов в эфир, он тут же услышал голос Карпова.