Не откладывая дела в долгий ящик, Роберт Сирл сразу же отправился на берег. И пока с каждым взмахом весел гребцов шлюпка приближалась к пристани, он смотрел по сторонам и не верил, что ему удалось вернуться…
Вынужденная стоянка на Гренаде затянулась. Поняв, что взывать к здравому смыслу подавляющей части команды бесполезно, Сирл решил сменить тактику. Дождавшись следующей ночи и воспользовавшись тем, что все его воинство снова перепилось на радостях, вместе со штурманом Дженкинсом и шестью матросами (четверо вовремя одумались и решили не искушать судьбу), вернулся на корабль, угнав все шлюпки с запасами.
Когда наутро проспавшиеся джентльмены удачи обнаружили, что шлюпок на берегу нет, а запасы пороха, провизии и выпивки очень ограничены, то пришли в ярость. Некоторые даже выстрелили из мушкетов в сторону "Кагуэя", но расстояние для стрельбы было очень велико. Тут же стали разрабатываться планы захвата корабля (вернее, его запасов), но отсутствие необходимых плавсредств делало все эти планы нереализуемыми. Сирл же смотрел в подзорную трубу на своих недавних компаньонов, выражающих бурное недовольство на берегу, и только посмеивался.
Он еще вчера, когда понял, что команда взбунтовалась, как следует подумал и нашел довольно простой выход из казавшегося безвыходным положения. "Кагуэй" стоит в укромной бухте, хорошо защищенной от штормов и может стоять здесь сколько угодно. Запасы воды и провизии израсходованы незначительно, так как вышли из Порт Ройяла совсем недавно, и экипаж фрегата был почти две сотни человек за счет взятого десанта, на которых и рассчитывались запасы.
Сейчас же на борту их осталось всего восемь — он сам, штурман и шестеро матросов. Они спокойно могут простоять в бухте Прикли несколько месяцев, не ограничивая себя в расходе провизии и воды. Впрочем, если понадобится вода, то всегда можно совершить вояж на шлюпке к берегу под покровом ночи. Только куда-нибудь подальше от того места, с которого сейчас за ними наблюдают разъяренные бунтовщики. А если сунутся вплавь, то чтобы стрелять из пушки, много людей и не надо.
Рассматривая возбужденную толпу, Сирл довольно усмехался.
— Ну-ну, джентльмены… Посмотрю, что вы запоете, когда у вас кончится провизия и порох.
— А они не попытаются ночью напасть, сэр?
Штурман Дженкинс прекрасно знал нравы своих бывших подчиненных и нисколько не обольщался по поводу их дальнейшего поведения. Лицо Сирла расплылось в кровожадной улыбке.
— Обязательно попытаются, Джеффри! Либо в эту ночь, либо в следующую.
