От Гудзона до Ла-Платы

Судя по всему, полет "Альбатроса" наделал переполоху и здесь, так как на Леонида смотрели хоть и настороженно, но с огромным любопытством. Тем не менее, с расспросами никто не лез. Кампос подбежал и даже не успев перевести дух, восторженно выдал.

— Дон Леонардо, донна Матильда вы это видели?!

— Что именно, дон Бернардо?

— Большую птицу в небе, которая летала очень быстро и не махала крыльями!!! И издавала какой-то непонятный звук, я такого никогда не слышал!!!

— А-а-а, это Вы о полете нашей экспериментальной модели самолета? Конечно видели, мы как раз и занимались его испытаниями.

— Дон Леонардо, но это же настоящее чудо!!!

— Не чудо, а научно-технический прогресс, дон Бернардо. Ведь машины, которые стоят на "Ягуаре", "Кугуаре" и "Волке" и приводят их в движение, Вы больше чудом не считаете? А на модели самолета стоят похожие машины, только гораздо меньше размером.

— Но как же он летает?!

— Но ведь птицы летают? Летают. Просто птица для полета машет крыльями, а наш самолет летит за счет того, что машины вращают винты, которые загребают воздух.

— Ох, дон Леонрадо, как у Вас на словах все просто!

— А я и не говорю, что просто. В нашем мире шли к этому несколько столетий. Причем до того, как был достигнут успех, ему предшествовали ошибки и неудачи. Поэтому сейчас мы просто пользуемся уже открытыми знаниями, не проходя весь путь поиска истины заново. Если хотите, могу показать Вам летающие корабли из нашего мира. Поверьте, то, что Вы видели — это детская забава.

— Дон Леонардо, да я теперь спокойно спать не смогу, пока не увижу!!!

— Так приходите к нам в гости, покажу Вам кое что интересное… Как, кстати, идет постройка кораблей? Что-нибудь нужно?

Уведя разговор в сторону от скользкой темы, Леонид с головой ушел в проблемы верфи. Кампос увлеченно говорил о том, что уже сделано и что предстоит сделать, как неожиданно поперхнулся на полуслове и его хорошее настроение резко дало сбой.

— Пресвятая Дева, опять они… Да что же вам тут надо? Только от работы отрывают…

Леонид обернулся и увидел направлявшегося к ним главу делегации графа де Толедо со своей свитой. Натянув на лицо дежурную улыбку и изобразив максимальную степень вежливости, поздоровался с гостями, которые пребывали в крайней степени возбуждения.