От Лукова с любовью

Даже если бы я стала вопить, брыкаться, даже если бы я сказала ему, чтобы он пошел куда подальше.

Это был мой партнер. Это был больше, чем партнер. Это была моя вторая половина.

И единственное, чем я могла отблагодарить его за тот подарок, который он мне сделал, за то, что он считал меня непобедимой, была моя уверенность в победе.

Я бы отдала ему все, что ему больше всего хотелось от меня.

Я бы отдала ему всю себя к чертовой матери.

Глава двадцатая

Осень

Если бы я могла передать то, что происходило в следующие четыре недели своей жизни, одним разговором беседой, она выглядела бы так:

Иван: – Сиди спокойно.

Я: – Нет.

Иван: – Я никогда не оставлю тебя одну. Опусти свою упрямую задницу, и я принесу тебе все, что ты пожелаешь.

Глава двадцать первая

Я была вполне уверена, что мне не послышались слова, слетевшие с прелестных губ моего врача, но мне нужно было знать наверняка.

– То есть… мне разрешено снова кататься на коньках? – спросила я ее. Потому что я должна была удостовериться. Мне необходимо было удостовериться.

Врач кивнула, улыбаясь и глядя на меня так, словно понимала, сколько брошено на чашу весов и как много значат для меня ее слова.

– Вы здоровы настолько, насколько это возможно.

Все мое тело охватило возбуждение, облегчение, нервозность. Но я спросила. Всего один раз.

– Точно?

Губы врача еще больше растянулись в улыбке, когда она, на секунду скосив глаза в сторону, сказала:

– Да.

Мне на плечо резко опустилась рука, так что я вздрогнула всем телом, и я не смогла удержаться от того, чтобы не покоситься на Ивана.

– Мы сделали это, Фрикаделька, – сказал он, прижимаясь ко мне всем телом и говоря, что мы сможем принять участие в чемпионате Северной Америки, следующем соревновании, куда нас – его – пригласили.

Мы были способны это сделать.

Мы хотели использовать еще один шанс.

Глава двадцать вторая

Хорошо, что никто не говорил мне о том, что наверстать пропущенные в начале сезона восемь недель будет легко, потому что это было не так.

Совсем не так.

Последние две недели были самыми изнуряющими в моей жизни, при этом целый месяц я возвращалась в КЛ и тренировалась до полуночи. В это время я была не одна. Все время со мной находился мой самый лучший друг.