Я не знала, как мне реагировать, однако тело решило само, ему не нужны были мои советы. Оргазм оглушил меня, смял мысли и чувства в один мощный взрыв, выдавил из моих легких громкий и протяжный крик. Эйфория наполнила меня, вытолкнула сомнения и боль через слезы, через короткие всхлипы и спазмы в груди.
— На пол, — приказал Ярослав, помогая мне спуститься со стола на дрожащие ноги, левой рукой надавил на плечо, чтобы я села ниже, правой активно водил по члену, с каждым движением приближая себя к развязке. — Открой рот и замри.
Я сделаю все сам."
"Влажная головка уткнулась в мои губы, проскользнула дальше, перекрыла доступ кислороду, заходила в бешеном темпе, вызывая рвотные позывы. Я задержала дыхание и отдалась на волю любовнику, предвкушая развязку. Вторя моим желаниям, Ярослав совсем скоро напрягся, выгнулся с тихим стоном, а мой рот наполнился плотной сладко-соленой спермой. Ее было много, капли попали на грудь, на платье, на волосы. Часть из нее я проглотила.
Мужчина устало оперся о стол, восстанавливая дыхание, подал мне руку, подтянул в свои объятья, ласково и откровенно поцеловал, не стесняясь запаха и привкуса собственных соков, а я в очередной раз не могла прийти в себя.
Когда страсть схлынула, на ее месте осталась болезненная пустота и тревога. Мне было очень хорошо с Ярославом, но наши отношения начались внезапно, не с той ноты, не с тех событий. Ночь с ним и Максом не выходила у меня из головы, а главное — слова рыжика, его отчаяние, когда он увидел меня на коленях, покоренную и запутавшуюся в себе.
Именно этими двумя словами я и могла описать себя в данный момент, и мне очень хотелось распутаться, твердо понять, с кем и как я собираюсь быть. Мне крайне необходимо поговорить с Максом, но хочет ли он говорить со мной? Я не знала наверняка, но попробовать была обязана.
— Ярослав, — тихо позвала я. — Мне надо уйти. Мне надо к Максу. Я не могу так, с недомолвками.
Мужчина ошарашенно уставился на меня.
— Ты шутишь? Ты…, - программист мотнул головой, не веря услышанному.
Я бы тоже не поверила на его месте.
— Прости, — только и смогла выдавить. — Приму душ.
Я включила холодную воду, подставила себя под жалящие капли, принялась до красноты натирать кожу. Мысли путались, и я попыталась таким образом вернуть голове ясность, однако получалось с трудом. Я — героиня мелодрамы, и на очереди сцена в душе. Изображу задумчивое лицо, покажу терзающие меня раздумья. Две стороны, два лагеря, двое мужчин.
