От солянки до хот-дога. Истории о еде и не только

Свежий овощной салат, жареные куры, какая-то рыбешка.

Казалось бы, все прекрасно! Еду готовят при нас, стоит копейки, вкус вполне приличный. Ну и брали кур и рыбешку, вот вам обед.

Однажды, в один черный день, мой сын сбегал в лавку и принес себе курицу и здоровенную миску салата.

Съел с удовольствием.

А на следующий день…

Подхожу я к лавчонке и отшатываюсь в ужасе от картины перед глазами.

Все как бы обычно: овощи разложены на прилавке, на гриле жарится курица, а посредине всего этого… стоит здоровенная клетка со здоровенной крысой.

– Что это? – в ужасе шепчу я.

– Крыса, – мило улыбаются хозяева лавочки, добродушные тайцы.

А ведь эта крыса могла спокойно потопать, попробовать и даже прилечь отдохнуть на оставленных овощах, приборах и пластиковых тарелках!

Ужаснулась я – и забыла.

Уезжали мы через несколько дней.

На третий день после нашего возвращения мой сын заболел: акклиматизация, инфекция, грипп – вариантов множество.

Без конца к нам ходили врачи, из поликлиники и частные. Все недоуменно разводили руками: странная болезнь, неизвестная.

Все тело и лицо тринадцатилетнего ребенка покрылось бордовой сыпью. Температуру сбить не удается, антибиотики не работают. Горло словно обожжено, трудно сделать глоток воды.

Наконец до кого-то доходит:

– А, вы недавно вернулись из Таиланда?

И нас тотчас отправляют в инфекционную больницу.

В приемный покой муж вносит сына на руках, идти тот не может.

Всеми правдами и неправдами в бокс я легла вместе с сыном.

Не хочется об этом и вспоминать.

Сколько нам стоило нервов и слез, чтобы меня оставили в боксе! Попался нам не доктор, а настоящий садист.

– Кровать не дам, еды не дам, вам ничего не положено.

Да и черт со всем этим! Буду спать на полу, а еду привезет муж. Главное – остаться с ребенком.

Конечно, мне дали кровать. И даже белье. И приносили и завтрак, обед и ужин. Но меня это не волновало. Мой сынок целый день спал. Не пил, не ел, не мог встать в туалет.

Ему делали уйму анализов и поставили предположительный диагноз – разновидность крысиной чумы, инфекция непонятная и незнакомая.

Решили лечить сильнейшими антибиотиками последнего поколения.

И тут среди ночи я вспомнила клетку с огромной крысой. Картина прояснилась.

Сына моего, слава богу, спасли.

Я не заболела, хотя меня этим очень пугали, вероятность заражения была большой.

Двадцать один день мы с ним пролежали в боксе тушинской инфекционной больницы. Год он восстанавливался. Полгода после больницы пролежал дома, не учился.