От винта! [Сборник]

Микулин уже ждёт и весь «на нервах»!

– Андрей Дмитриевич! Что ж вы меня дёргаете! Я что, не знаю, что происходит? Ильюшин с меня не слезает! Но сам ничего для этого не делает! Вот смотрите: подкапотное пространство Ил-2 сзади! Вот это – щель! – и показывает на зазор между верхней крышкой и радиатором масляной системы. – Туда пыль и попадает! Ссылается, что конструктивно так устроено! На Ил-6 и Ил-8 этой проблемы нет, там фильтр стоит с левого борта и его не выдавливает.

– Александр Александрович! Давайте успокоимся.

Начнём всё сначала: на АМ-38 и Ам-38ф стоят карбюраторы? Так?

– Да! Считаю, что на малых высотах это надёжнее!

– Для того, чтобы распылить топливо в карбюраторе, в таком количестве, вам требуется мощный поток воздуха?

– Несомненно!

– Отсюда и лезут все проблемы! Фактически вам требуется не поток, а объём воздуха!

Александр Александрович замолчал, потом, сощурясь, добавил:

– То есть мы не в ту сторону роем? Так, что ли?

– Я этого не говорил! Сделайте два больших ящика с обоих бортов, отделите их от моторного отсека, вставьте простейший фильтр, который с двух сторон поддерживается металлической сеткой, и непосредственный впрыск! Ведь на АМ-42 вы его ставите!

– Могут не выдержать шатуны! АМ-38ф предельно форсирован.

Чуть лётчик зевнул, сразу стружка в масле! А на штурмовке радиатор прикрыт бронекрышкой.

– Задача не форсировать двигатель, тем более серийный, а защитить его от пыли. Уменьшайте подачу топлива, сделайте перерасчёт. В конце концов, выпустите новые шатуны.

– И так уже шесть номенклатур… Заводы путают поставки, а потом возникают проблемы в виде обрывов шатунов.

У меня уже несколько выговоров за это! Андрей Дмитриевич, поговорите с Ильюшиным, пусть либо меняет конструкцию, всё равно все машины не переделать, либо ускоряет переход на Ил-6. Алюминий сейчас есть! А то он меня только обвиняет!

– Хорошо, но вы в любом случае дорабатываете топливную систему.

– Сегодня дам указания. Кстати, заехали бы как-нибудь! Покажу турбовинтовой двигатель.

– Обязательно заеду!

На том и расстались, а я вызвал Василия Сталина.

Состоялся довольно жесткий разговор о том, что быть в отделе только для того, чтобы быть моим ведомым, это никому не нужная работа. А из-за того, что он не может удержаться от употребления спиртного, я его никуда самостоятельно послать не могу. Постоянно быть его нянькой у меня времени нет. Так что давай решать. Он сказал, что после того случая он ни разу ни одной рюмки не выпил, даже пока я был в Англии.