От винта! [Сборник]

Договор о дружбе и взаимопомощи с Вьетминем подписан ещё в марте. Вьетминь – признанное двумя великими державами государство: СССР и Китаем. И находится под их защитой. В этих условиях всё европейское сообщество должно осудить попытку вооруженной агрессии со стороны США по отношению к маленькому (ну это не совсем так) беззащитному (с одной из лучших в мире сухопутных армий и мужественным народом) мирному государству.

Видя реакцию Сталина, европейские государства начали признавать Вьетминь. Мы же отправили туда 64-й авиакорпус, командование которым принял уже находящийся там Кожедуб.

Направили туда средства ПВО, автоматическое оружие, танки и ПТО. Кроме того, с Тихоокеанского флота были переданы четыре эсминца довоенной постройки. Взамен мы получили каучук, молибден, никель и рис. Кроме того, Бирманский Союз, в связи с обострением обстановки, закупил у нас довольно большое количество оружия. Начались переговоры с Индией. Сталин, зная о надвигающемся голоде 46-го года, сбывал избыточные вооружения устаревших образцов, но прекрасно проявивших себя на полях сражений Великой Отечественной, закупал продовольствие и создавал условия для получения золота, валюты, необходимого сырья.

Вилли Мессершмитт прилетел в Москву и попросил встречи со мной. Он всерьёз опасался, что его выдадут Соединенным Штатам или его выкрадут. Он написал прошение о гражданстве СССР и просил защитить его от нападков со стороны прессы «свободного мира», как гордо называли себя американцы. Кроме того, его очень интересовали те самолёты, которые работали во Вьетмине, естественно.

Когда был получен положительный ответ Сталина о гражданстве, мы поехали с ним в один из полков Московского округа ПВО, а оттуда на 31-й завод, где собирали «Сухарики».

– Но ведь ничего общего нет! Почему все кричат «Мессершмитт»?

– Не верят, что «лапотная Россия» могла создать реактивный самолёт. А фактически никто, из оставшихся в живых, их всего двое, может быть и меньше, не видел этого самолёта вблизи. Ближе трёх километров самолёты не подходили.

Только во время атаки, с расстояния 1200 метров.

– А почему нет, собственно? Ещё во время войны у вас были самолёты, превосходящие наши поршневые машины. Только потому, что во время войны у вас не было реактивных? Так и у нас они появились только-только. А как вы справились с помпажом? Я смотрю, что двигатели у вас, как и на HGIII, довольно глубоко утоплены.

– Они за кабиной, даже глубже, чем у вас. Но там другие двигатели, не BMW и не UMO.