От винта! [Сборник]

Пошли наверх!

Предложение более чем заманчивое. Однако, зная, что нас ждёт впереди, несколько трудновато ориентироваться в этом вихре событий. Интересно, почему ещё не стреляют, должно ведь прозвучать по радио известие об окончании войны? Ах, да ещё пятнадцать минут. В 19 часов, в 22 часа по московскому времени в столовой зазвучал голос Левитана. Что тут началось! И стрельба в воздух, и слёзы, и поцелуи. Мы выжили, и мы победили.

Утром полётов не было, да и никто бы не смог пройти медкомиссию.

Через неделю пришёл приказ перебазироваться в Темпельхофф, в Берлин.

Там несколько раз сгоняли вдоль линии разделения: отслеживали исполнение союзниками договорённостей. Я побывал на заводах «Фокке-Вульфа», потрогал руками Ме-262. Там же встретились с Сашей Покрышкиным, его дивизия стоит под Дрезденом. Из 16-го полка «убыли» Клубов, Борис Глинка, Бабак, Ивашко, Девятаев, Жердев, Цветков. Это только те, кого я знал.

– Борька ранен, плохо срастается ключица, спишут. Остальные погибли.

– Иван и Миша живы. Иван где-то в Чехословакии, а Мишу я видел в Штеттине, недавно, но поговорить нам не дали, он в какой-то комиссии.

– Части корпуса стоят в Чехословакии, найдём! А ты сам куда?

– Послезавтра лечу в Москву, но почему-то парой, и техники выезжают тоже.

– У нас эскадрилью сводную забирают на Дальний Восток, но без самолётов.

– Там «аэрокобр» много, видимо поэтому. Значит, и нас туда.

– Остановился где?

– Вон в том домике.

– Вечером загляну, если смогу. Всё, Костя! Рад был увидеться! Как Светлана?

– Учится.

– А моя дочку растит!

– Бракодел!

– Не бракодел, а снайпер! Будет кому за пацанами присмотреть!

В Москве, в Чкаловском, машины поставили на замену двигателей, а нас отправили в Хабаровск поездом, в распоряжение генерала армии Пуркаева. Зачем менять двигатель на моей машине, непонятно. Она же новая! Но приказы не обсуждаются. По приезду две недели маялись дурью без машин. Лишь в начале июля обе «Кинг Кобры» пришли на аэродром Ракитное. Техники приехали вместе с машинами. На этом их путешествие не закончилось.

Через день мы облетали собранные машины и ушли в Седанку. На обеих машинах не было никаких опознавательных знаков. Все предыдущие слои краски были смыты. Ещё в Ракитном попросил Виктора, моего техника, «списать на пристрелку» пару-тройку магазинов для пушки. Мама у меня из Харбина, так что есть «неоплаченные долги», но пока у нас с японцами договор о нейтралитете.

– Понял, командир, сделаем.

«Лишние» боеприпасы перекочевали в ЗиП.