Отбитая

Горе бизнесмен Виталик, у которого с инстинктом самосохранения ещё хуже, чем у неё, затронул точку интереса Быстрицкого, который такой наглости не потерпел. Однажды к Смирнову в офис пришла целая делегация во главе с Сергеем, чтобы отжать бизнес. Виталика Катерина на всякий случай спрятала, и встретила Сергея сама.

Стоило им взглянуть друг на друга, как каждый из них понял, что их общее родство не секрет ни для одного, ни для другого. Только Катя не хотела с ним общаться, а Сергей был настроен более, чем решительно.

Дочь отказалась быть ею, расставив чёткие границы их общения: шаг в прошлое — расстрел, шаг в личную жизнь — тоже. Сергей позволил себе второе на ужине с Вадимом, Катя обрубила с Быстрицким связь, которую худо-бедно поддерживала через некоторые совместные дела, за которые он ей щедро платил.

— Ты мне не отец, моего папу зовут Виктор, я его дочерью родилась, ей и останусь, — тихо, но твёрдо сказала Катя.

— Когда ты узнала, что он тебе не папа? Мама сказала?

— Нет, что ты, она бы никогда про тебя не сказала, если бы я её не припёрла к стенке.

Я узнала в школе, вычислила по группе крови на рукаве, прям на уроке биологии, — усмехнулась Катя.

— Эх, сколько семей разрушила тема генетики в школьной программе, — покачал головой Сергей.

— А ты как про меня узнал? Мать моя тебя не помнит почти, с трудом фамилию вспомнила, а ты то хоть помнишь семнадцатилетнюю девчонку, с которой месяц от силы поиграл?

Её любопытство в глазах загорелось ярким огнём, Сергей улыбнулся, его взгляд потеплел и он окунулся в воспоминания своей молодости.

— Есть женщины, с которыми сколько бы ты не провёл ночей, на утро она для тебя никто и звать её никак. Пустышка с красивым телом, безликая и неинтересная. Но есть женщины, которых видно в толпе издалека, и не из-за красоты. Мила — тонкая и звонкая, студентка университета искусств. Она не шла по дороге, она будто плыла! Как сейчас помню её этот голубой сарафан, словно вышла из пены морской. Красавица, с горящими своим делом глазами, огромным талантом и несгибаемой волей! Её я запомнил, как и точную сумму, которую я оставил ей, чтобы она сделал аборт.

Я ничего ей не обещал, не планировал своего будущего с женой и с детьми, она мечтала стать лучшим хореографом, у неё были свои планы, у меня свои. Нас связывали бурные чувства, которые вспыхнули, как вспышка и пропали. В итоге — она сохранила беременность и родила тебя, встретила хорошего мужчину.