Отбитая

Увидеть её в естественной среде обитания. Разговор за столом, неожиданно, пошёл о книгах.

— Я тебе очень советую почитать книгу «Богатый папа, бедный папа», Вадим, и дела у тебя пойдут гораздо лучше, — с отеческой теплотой сказал Васнецов.

— А они у меня плохи? — лишь слегка приподнял брови он.

— А что нет? — усмехнулся он в ответ. — Обычно, если дела хорошо, из Москвы обратно не возвращаются, у тебя ведь своя фирма была?

— Она и сейчас есть.

— Но без тебя, — всё ещё считал себя правым Васнецов. — Вот ответь на вопрос, что нужно чтобы быть богатым?

— Много работать, — ответил Вадим.

— Нет, друг мой, не так, — усмехнулся Васнецов. — Надо зарабатывать, а тот, кто много работает всегда будет бедным.

Катя с интересом слушала диалог, засовывая виноградинки себе в рот, чем постоянно отвлекала Васнецова от важного разговора.

— Это в книжке этой написано? Про богатого и бедного папашу? — лениво спросил Вадим.

— Да, отличная книга успешного мужчины, — ядовито улыбнулся Васнецов.

— Вам-то откуда знать про успешных мужчин? — поинтересовалась Катя и уставилась на Васнецова ледяным взглядом.

— Вы такая язва, Катерина, а вот молчали бы почаще, может кто и женился бы, не пришлось бы по презентациям с бесплатной едой побираться, — отвратительной улыбкой одарил её Васнецов.

— Нет спасибо, лучше буду голодная незамужняя говорить, что хочу, чем замужем сытая молчать, — оскалилась в ответ голливудской улыбкой Катя.

Васнецов отчего-то снова взялся за Вадима и Катя искренне не понимала почему, поглядывая на хмурые брови Великана рядом.

Васнецов будто потерял страх, который растворился в градусах алкоголя. Только потом Катя поняла, вернее, вспомнила, что Игорь рассказывал про Вадима, когда сам был под градусом. Он был чугунным чайником времен староверов, которому чтобы закипеть надо было сначала натаскать хвороста из ближайшего леса, потом долго растапливать печь и поддерживать температуру, помолиться всем богам, старым и новым, и, возможно, тогда он закипит. Вот настолько он был терпелив и спокоен. Он наверное и людей бил с олимпийским спокойствием — ни грамма эмоций на каменном лице. Такой уж он был человек."

"Васнецов это знал, скорее всего, а еще у него всегда был отходной вариант, Катя знала тактику этих изворотливых червяков — «Да ладно, че я такого сказал? Это же шутка!». Вот только его подколы шуткой не были. Васнецов был вампиром средней полосы, который питался злостью и отрицательными эмоциями людей.