Как ты узнал о ней? Мама сказала это вслух, наконец: «у меня было две дочери, только одна осталась»?
— Твоя мама при нашей единственной встрече, восемь лет назад сказала, что у её любимой доченьки есть любимый папочка, и ещё «побереги свою рожу, Сирожа, когда с дочерью будешь знакомиться, ведь у неё есть Матильда», — грустно улыбнулся Быстрицкий. — И, конечно, послала меня на хер.
— Узнаю свою маман! — хмыкнула Катя.
Вадим пристально смотрел на Отбитую, которую осталось только так и называть, потому что её имя теперь было под большим вопросом.
Её казалось вообще не интересовало, что на неё уставились все присутствующие, она спокойно занималась своим мясом. Сергей вежливо ждал, пока она закончит. Катя закинула в рот последний кусочек, закатила глаза от удовольствия и погладила себя по сытому животу.
— А я думаю, чего это я такая злая? Это я просто голодная была, — улыбнулась Катерина. — Ну, давай, валяй, чё у тебя там за диагнозы, обвинения, подозрения. Выкладывай, не стесняйся.
— Я пришёл сюда не обвинять, а лишь разобраться, что тогда произошло, что случилось той страшной зимой.
— Несчастный случай, — безразлично пожала плечами Катя.
— Если это был действительно он, тогда почему ты за всё время нашего знакомства ни разу не сказала о ней?
— Потому что мы о ней больше не говорим, будто её никогда не было, — тихо ответила Катя. — Мы не ходим всей семьей на кладбище в день её смерти. Мы не вспоминаем моё детство, как и детство брата, потому что там лишний человек, не показываем семейные фотоальбомы гостям.
Все семейные воспоминания были нещадно подтёрты и искажены до неузнаваемости. Ты не представляешь, какое чувство неловкости возникает за столом семейных застолий, когда кто-то из подвыпивших родственников вдруг вспоминает, что девочек в семье Громовых на самом деле было две. Все стыдливо замолкают и пьют за упокой. Мы даже мой день рождения не празднуем, мама всегда очень тактично его забывает. Я привыкла. Мы просто стёрли мёртвую девочку с общего семейного портрета.
— Тебя стёрли, — поправил её Сергей.
— Ну, это с какой стороны посмотреть, — уклончиво сказала Катя. — У меня же раздвоение личности, да? Поди разберись, какая на самом деле из близняшек жива, а какая умерла. Что бы я не сказала, проверить ты этого не сможешь, наша ДНК одинаковая.
— У тебя была сестра-близнец? Как мы с Максом?! — ошарашено спросил её Павлик, она на него даже не взглянула.
— Была. Катя утонула, тебя нашли рядом, без сознания, в мокрой одежде.
