— Никогда не смей ко мне прикасаться! И свои бредовые идеи держи при себе, вместе с глупыми признаниями возле часовни и трупа Сиссы Кирке. А еще лучше, раздели их с теми, кто выставляет для тебя, как для блудливого кота, пирожки на ночь!
— Керри, это всего лишь традиция, — улыбнулся Рион. — Глупая традиция! С тех пор, как увидел тебя в Ализее, я жду пирожков только от тебя. Но, насколько понимаю, в ближайшее время мне их не видать.
Снова улыбнулся, нисколько не обескураженный тем, что я ему наговорила.
— Готовься, Рион, принц Улайда, к голодной смерти, — заявила ему с ненавистью. — Потому что я и воды тебе не подам, даже если ты будешь лежать на смертном одре!
После чего, развернулась и пошла прочь, в сторону укутанного в утренний туман Девичьего Корпуса.
— Тебе от этого уже никуда не деться, — услышала его голос. — Не убежать, потому что ты — моя Пара. Я понял это сразу же, как только увидел тебя в Ализее, и для этого мне не нужен проклятый Драконий артефакт!
— Не смей упоминать Пращура всуе, — сказала ему, затем осеклась.
Какое мне дело, ругает ли Рион Брант драконьего бога или нет?
— Не буду, — ответил он покладисто. — Керри, погоди!
Но я не погодила. Ушла, и на этот раз Рион не стал меня задерживать.
Глава 6
После завтрака, который прошел в тягостном молчании, прерывавшемся лишь иногда на обсуждение убийства Сиссы, оставшихся невест принца Риона попросили выйти в сад, запретив брать что-либо из своих вещей.
Оказалось, еще со вчерашнего вечера маги опрашивали гостей и обыскивали Старый Замок, пытаясь найти следы подаренного Сиссе артефакта, а теперь добралась и до покоев избранниц.
Мужчины в черных мантиях наводнили Девичье Крыло, и это навевало на определенные размышления. Выходило, убийцей Сиссы могла оказаться одна из участниц Отбора, устранившая конкурентку, а вовсе не злодей извне, проникший через магический купол, как было решено за столом в Красном Зале.
Это усилило волнение среди девушек, из-за чего многие начали коситься друг на друга с подозрением.
Именно поэтому участницы накинулись на пришедшую к нам после завтрака леди Истрим с вопросами, но та хранила ледяное молчание. Зато архимаг Растен был привычно разговорчив. Правда, твердил он одно и то же — дознаватели обязательно во всем разберутся, надо лишь успокоиться и набраться терпения.
