Меня они тоже мучили, но, в отличие от подруги, я прекрасно все помнила — и берег горного озерца, на который наползала Энтропия, и Видара Бранта с Лилли на руках, заходящего в черную воду, затянутую переливающимся туманом. И Риона, рассказыющего мне о делах минувших лет.
И еще о том, что принц попытался меня поцеловать, а я не далась.
По возвращению в Старый Замок у нас с ним вышел короткий разговор. Но перед этим мы шли по темному коридору Девичьего Крыла, направляясь в мою комнату, и Видар нес на руках спящую Лилли, словно та и не весила ничего.
Рассказывал мне о том, как заходил в воду — так долго, пока вокруг него не остался лишь радужный туман. Дальше его не пустили — он словно уперся в невидимую стену, после чего непонятная сила попыталась выкинуть их с Лилли наружу.
Но Видар не поддался. Сопротивлялся, использовал магию, упрямо заявляя своему предку, что не уйдет, пока тот не исполнит причитающееся ему желание и не оживит Лилли.
И он не ушел. А затем вернулся к нам с уже очнувшейся Лилли на руках.
Наконец, добрались до моих покоев, и Видар передал девушку заботливым служанкам. Братья, кстати, оказались нисколько не удивлены тем, что мы с Лилли в спим одной комнате. Наоборот, эта идея пришлась им очень по душе.
— Так будет даже лучше, — согласился Видар, — если на Отборе вы станете держаться вместе. Будет проще вас охранять. Мы позаботимся, чтобы вас больше никто не потревожил.
Взглянув еще раз на спящую Лилли и попрощавшись со мной, он ушел через портал.
А его старший брат остался.
— Тебе тоже надо поспать, — произнес заботливый принц Улайда. Хотел было меня обнять, но я не далась, отшатнулась. Может, несколько часов в Сундарских Скалах нас и сблизили, но не настолько же!
Правда, выгонять его не стала, вместо этого спросила у Риона о том, что меня тревожило.
— Что вы собираетесь делать, если этот самый… Если твой Отбор ничего не решит и чуда не произойдет? Что, если ваш призрачный предок так и не ответил твоему отцу, и это было, допустим, не видение, а… сон?
Вопросы я задавала сложные, но, так уж вышло, они касались и меня.
Я знала, что, если Рион в финале Отбора назовет мое имя, это уж точно ни к чему хорошему не приведет! Не поможет ему с надвигающимся на Улайд и весь мир бедствием, потому что я отвечу принцу Улайда отказом.
— Тогда нам придется рассказать обо всем своему народу, — ответил он. — И тайна, которую тщательно скрывали две сотни лет, выйдет наружу.
