— Боюсь, если вы продолжите в том же духе, это последняя наша встреча. До свидания.
Крепче сжав мешочек с деньгами, я направилась к ширме.
Оглянувшись напоследок, заметила, что Рик, засунув ладони в карманы брюк, без злости, пристально и с полуулыбкой смотрит мне вслед. По позвоночнику прошли мурашки, словно пронзив меня электроразрядами.
Я отвернулась, стремительно преодолевая ширму, и, не останавливаясь, помчалась к своей лаборатории.
Меня не просто вывести из себя, но у него каким-то образом вышло.
— Деньги, — потребовал возникший на пути мистер Спригато.
Я молча передала мешочек. Хозяин лавки внимательно на меня посмотрел, а потом рявкнул:
— Кира! Больше того ублюдка в комнате для важных гостей не обслуживаем.
Мистер Спригато разразился новым потоком бессвязных ругательств.
— Моего зельевара вздумал переманить, — прошипел он и вновь сорвался на ругань, а после уставился на меня: — Но ты молодец. Можешь быть на сегодня свободна, отдыхай. Вот твоя доля.
Пара золотых монет, сумма куда большая, чем я получала обычно, приятно отяжелили ладонь.
Для меня не было секретом, что хозяин лавки подслушивает все разговоры с клиентами, но подобная реакция все же стала неожиданностью.
Что за сумасшедший день?
— Спасибо, мистер Спригато. Я пойду. — Как бы я ни презирала Саранчу, но он дал мне работу, когда все отказали, и этот факт заставлял испытывать смешанные чувства.
Убрав монеты в карман, я скрылась в лаборатории. Избавилась от морока, снова умылась, сняла фартук, схватила сумку и, выкрикнув прощание, выскользнула на улицу под стемневшее небо.
Путь до общежития занял почти двадцать минут. Четырехэтажное здание усеивали окна, в которых горел свет, — почти все студенты вернулись в свои комнаты. Проскользнув мимо храпящего консьержа, уставшая я поднималась по лестнице на четвертый этаж.
— О, Эльза! — Мне на встречу выскочил одногруппник — высокий веснушчатый рыжий парень. Он жил на первом этаже, как и многие другие парни. Остальные занимали третий, а вот девушки — второй и четвертый.
Странное деление, но так было еще с основания академии.
— Потом, Патрик. Я дико устала.
Мы с Патриком нередко останавливались и болтали, сдружившись за четыре курса учебы, но сегодня мне действительно было не до этого.
— Слышал объявление… — недовольно проговорил он.
Я остановилась и твердо заверила:
— Я не подносила свой артефакт к сфере, клянусь.
Как и с Маргарет, мы с Патриком не раз высмеивали грядущий отбор.
— Тогда это ошибка? — Парень расслабился.
