— Наверное, родители гордятся тобой? — предположила я, не обращая внимания на его замечания.
— Гордятся? Не думаю. — Рик покачал головой. — Наверное, они уже умерли. Понимаешь, деревня, из которой я родом, слишком далека от крупных городов. Ее окружают леса и вечные снега. Магия для них подобна греху, они искренне считают, что люди не должны владеть этой силой, а если владеют, то они прокляты. Меня выгнали подростком. Благо это случилось в неделю торговли, и я смог добраться до ближайшего крупного города вместе с челноком, помогая ему в пути.
Несколько месяцев мы ездили по деревням и торговали, прежде чем он отправился домой, в город Шарджен на юге.
— Мне жаль.
— Не стоит, — небрежно отозвался заказчик. — Зачем ты спрашивала? Разве об этом ты хотела поговорить?
— Не совсем, — уклончиво протянула я и внезапно добавила: — Тебе когда-нибудь признавались в любви?
Рик рассмеялся.
— Неужели?.. — начал он.
— Нет, — решительно перебила я. — Просто ответь.
Стальная фляжка в руках мужчины блестела, отражая серебристый свет луны.
Но облака линией выплывала из-за горизонта, грозя поглотить все небо и этот свет.
— Признавались, — с улыбкой отозвался Рик. — Одни — лгали ради денег, другие — искренне любили.
— Но ты до сих пор один, — подытожила я.
Мужчина внимательно посмотрел на меня. Улыбка исчезла.
— Кажется, я понимаю, что ты хочешь сказать, принцесса. — Рик громко выдохнул, сунул фляжку во внутренний карман пиджака, сплетя пальцы в замок, всем телом развернулся ко мне и прошептал: — Не надо.
Дай мне время и подумай. Ему ведь ты даешь шанс.
— Это неправильно, я так не умею, — отодвинулась я. — Выбирать — это не по мне. Симпатия либо есть, либо ее нет. И если она сразу к двоим, то это просто временное увлечение. Мы знакомы достаточно долго, чтобы я была уверена в своих чувствах, Рандел.
Брови заказчика взметнулись вверх.
— Даже так? — протянул он.
— Я сама узнала. В последнее время мне везет оказываться в нужном месте в нужное время. — И, посмотрев на него прямо, призналась: — Поначалу я ужасно на тебя злилась.
Особенно в ситуации с Патриком.
— Ну а что? Я же говорил правду, — сказал он.
— В этом весь ты — иногда понимающий, а иногда невыносимый. Кто ты такой, чтобы насмехаться над чужими чувствами?! — вспылила я, поднимаясь. — Ты ведь и со мной поступал так же… Ладно, я пойду.
Сделав шаг в сторону общежития, я обернулась, почувствовав волну тепла. С тела мужчины, словно пепел, слетала иллюзия, обнажая истинные черты лица.
