Отбор. Дыхание ледяного дракона

Бабушка говорила ещё на Земле, что выглядит так из-за времени, которое в двух мирах бежит совсем по иному руслу. Будто уже не осталось ни одного дракона, которого она помнила бы. Однако и Марготта, и иные жрицы — старые противные мымры — стояли здесь.

Фаина не верила Джейдену, когда он рассказывал о плачевности ситуации с рождаемостью новых драконов. Твердила, будто в империи должно быть несколько тысяч молодняка.

Теперь же бабушка выглядела если не испуганной, то очень настороженной и ошарашенной. И самым пугающим во всём этом было то, что никто не ведал, почему в империи резко не стало молодняка.

Даже тэйденли, который казался Лее воплощением хитрости и находчивости. Истинную драконью мудрость Лейка видела в бабушке Фаине.

— Идёмте, скоро начнётся бой! — Амали со счастливым повизгиванием понеслась вперёд, предвкушая зрелище.

— Бабуль, — осторожным шёпотом спросила Лея на ухо. — Теперь ты веришь Джейдену?

— Признаться, я действительно считала, что через меня он просто хочет вернуть остальных драконих.

Ведь с каждой из них у меня есть особая ментальная связь, — также тихо поведала Фаина, идя следом за остальными на арену. — Но теперь он возвысился в моих глазах. Ведь ни разу не солгал.

Занимая места на арене, Лея старалась придать себе подчёркнуто горделивый вид. Невесты шушукались, не особо таясь, о том, что три недели она провела, грея постель в покоях тэйденли. Вырвать бы им их острые как нож языки!

— Мои поздравления, — стоило подумать об Эриде, как он тут же появился.

Низко склонился, целуя руку счастливой невесты. Амали тут же осыпала его сотней слов ни о чём и одновременно обо всём на свете.

Дракон улыбался ей и не сводил рассерженного взора с Лейки. Лопатина сделала вид, будто не замечает, как он тут мысленно вколачивает ей под ногти иголки. Или разрывает на сотни мельчайших кусков. Казалось, запах испепеляющей драконьей ярости незримо повис в воздухе. И только милое трещание Амали о своих ухажёрах разряжало обстановку.

Три дракона взмыли в небо. Раздался громогласный рёв гигантских чудовищ.

Синий вывел из строя василькового: его острые когти впились в область груди, оставляя страшную рану. Голубой дракон величественно парил чуть поодаль и будто насмехался над поверженным. Но синему этого показалось мало. Он отлетел, чтобы набрать скорость и снова начать терзать соперника с ужасающей яростью.

— До первой крови, — строго прикрикнула Марготта, вставая со своего места.

— Я вырву его сердце, — прошептал Эрид.