Отбор не приговор

Закатившая глаза лисица быстро догнала подругу, перехватила ее под руку и направила в совсем другую сторону:

— Что с твоим чувством направления?

— С ним все в порядке, — удивленно ответила Лотанари. — Я просто не умею им пользоваться, а потому оно находится в прекрасном, первозданном виде.

— Иногда я хочу позволить тебе походить кругами, — вздохнула лисица. — И посмотреть, что будет.

Так, беззлобно переругиваясь, подруги шли сквозь темный сад. Справа Лота заметила рой красноватых искорок — охранное заклятье.

— Что-то я не припомню, чтобы днем так много корней из земли торчало, — вздыхала Лота. — Все-таки эльфы жмоты — экономят на ночном освещении.

— Просто нормальные эльфы ночью спят, — фыркнула Лима, — они же не рассчитывали на нас, когда проектировали сад.

Тут Лота чуть погрустнела — Астицию было жаль почти до слез. Кустик ведь не виноват, что плодится с такой скоростью? А они несут и яд, и нож, и подлое заклятье.

— Такое ощущение, что на поляне кто-то есть, — страшным шепотом произнесла Лима. — Дрархово удобрение, дрархов нос — ничего не чую! Но слышу… Или не слышу? Ай!

Когда лисица решительно шагнула вперед, прямо перед ней вспыхнул тонкий, голубоватый щит.

— Похоже, дальше ты идешь одна, — буркнула Лимаатрис, потирая лоб.

— Дай-ка мне руку, — улыбнулась Лота. — Я попробую стать твоим проводником. Щит очень мощный, напитан магией так щедро, что стал виден, когда ты его коснулась. А значит, у него должно быть очевидное слабое место.

— Странная логика, — усомнилась Лима, но руку протянула.

— Странная, но… — Лотанари сделала паузу, за время которой они обе прошли сквозь преграду, — вполне рабочая. Слабое место есть у любого заклятья. Вопрос только в том, где оно и хорошо ли спрятано. Все это происходит от того, что магия похожа на вязание — мы сплетаем потоки силы в разнообразные конструкции. И, если найти ""хвостик"" силовой линии, то всю конструкцию можно распустить.

— Сразу ясно, что уроки профессора Рейл не прошли даром, — покивала Лима.

— Зато ты на колдо-конструировании спала и даже похрапывала, — рассмеялась Лотанари. — Что ж, вот и Астиция. Ох, она светится в темноте. Какая красота.

Лима, встав рядом с подругой, согласно кивнула — куст был великолепен. Светилась только голубая часть цветов, и свечение это было очень нежным, ненавязчивым.