— Ала-ан, — полный мольбы шепот, просящий затушить пожар, разыгравшийся внутри, сорвался сам.
Лицо любимого, нависшего надо мной, появилось практически сразу, и между ног уперся горячий член, устремившийся внутрь, раздвигая шелковистые стеночки, медленно, буквально по миллиметру заполняя пульсирующее пространство и войдя до упора, мужчина замер. В его глазах заклубилась тьма, скрывая белки — красиво! Нет, опасно красиво! Я закусила губу в попытке сдержать крик удовольствия, что дарил заполнивший меня орган.
— Не смей сдерживаться! Я хочу слышать, как ты для меня стонешь! — опять приказ, дернувший растянутые сейчас мышцы и заставивший нежную стеночку, в которую упиралась напряженная головка, задрожать.
— Да, мой тигр! — выдохнула в ответ, отключив этим его контроль, он с жадностью начал вколачиваться в мое тело, почти выскальзывая и снова заполняя до упора… Обняв его талию ногами, я с упоением и стонами ловила глубокие, сильные толчки, гладя ладонями каменные жгуты, обвившие упирающиеся по бокам от моей головы руки, очерчивая каждый изгиб, проводя по плечам и поднимаясь к шее, зарываясь пальцами в волосы на затылке.
Оглушающий по своей мощи оргазм накрыл нас одновременно, и трудно сказать, что прозвучало громче: мой крик, полный наслаждения, или его гортанный рык.
26
АЛАН.
Влажные от пота тела переплелись, я прижал свою мышку к груди и закинул ногу на ее бедро, пряча в своих объятьях, обвив мой торс рукой и уткнувшись носом в ключицу, она льнула ко мне, прогибаясь от поглаживающей ее спину ладони.
Так умиротворенно, что даже шевелиться не хочется.
— Шэр, ты не против, если мы заберем твоих родных во дворец уже после отбора? — вспомнил я о не решенной проблеме.
— А ты хочешь переселить их сюда? — она подняла ко мне удивленное лицо.
— Конечно, ты же моя! А значит, и все твои родственники тоже мои! — чмокнул в носик шокированную девушку.
— Но пока здесь творится такой дурдом, это делать неразумно.
— Алан, я тебя обожаю! — взвизгнула она, целуя меня в щеку.
— Вообще-то я жду от тебя немного другого! — оценив удивленный взгляд, пояснил. — Где мое признание в любви?!
— Я же уже говорила, — прошептала она смущенно.
— Когда это?! — состроил пораженную до глубины души физиономию.
— Во время концерта!
— Кому?!
— Алане!!! — прозвучало возмущенно.
