Онлайн-библиотека книг
Леди Аделаида Кейн, лесная кошка
9. Леди Исольда Ферран, оцелот
10. Леди Элоиза Ла Туррен, пристифелис
Среди участниц царит напряжённое ожидание. Поговаривают, следующее задание состоится уже через неделю и станет куда более изощрённым, чем первое. Отступать некуда. И, судя по первым результатам, кронпринц ожидает от своих будущих претенденток не только красоты, но и безусловной решимости.
СОРОНСКИЙ ВЕСТНИК — ваши глаза и уши в королевском дворце.
...
Я пробежала глазами список из десяти девушек.
Это не моё дело.
Наоборот, если она станет будущей королевой, как личный ритуалист Его Высочества, я должна буду всячески поддерживать её.
Сегодня у меня был выходной, и я быстрыми шагами направлялась к дому Финна, нацепив на себя тёмный плащ и пугая таким образом окружающих в этот прекрасный солнечный день. Кто-то даже шарахался, принимая меня за воришку.
Во дворец я вернусь только через два дня, потому что с тех пор, как я стала младшим ритуалистом, мой график вновь изменился. Теперь у меня было три выходных на десятку — один в середине десятки и два в самом конце.
И это значит, что мне вновь пришлось обсуждать изменения с Меррин, хозяйкой игрового дома. Причём я уже пропустила три смены из-за новой работы.
Кошмар! Из самой надёжной работницы, всегда готовой работать двойные смены в любое время, я превратилась в самую занятую.
А ведь большая часть моих доходов из игрового дома — незаконна. И Меррин легко может остановить их.
В то, что она пожалуется на меня в казначейство, я не верила — она сама нанимала для работы незаконных сотрудников и в первую очередь именно она окажется под угрозой. Но и меня, конечно, по голове не погладят.
Уже подходя к дому Финна, я вновь заглянула в газету.
Барбара.
То, что ко мне не подошли мои кузины, меня вовсе не удивило — я прекрасно знала, что они по-прежнему обижены на меня за тот скандал, который я начала.
Мы были лучшими подругами в академии, делили одну комнату, ходили вместе на каждую практику, на каждую лекцию, и Барбара выпустилась на год позже меня, что всё ещё считалось поразительно рано.
А потом... почти исчезла.
