Тогда я сам направился к ней, защёлкнул замок и провёл к креслу, схватив за руку.
— Что произошло в лесу на самом деле?
— Я сделала так, как ты просил, — она села в кресло, судорожно вцепилась пальцами в ткань запашной юбки.
— Правду, Камилла, — потребовал жёстко.
— С чего ты взял, что я вру?
— С того, что встречался с Палачом.
Камилла коротко выдохнула, резко побледнев.
— Что он сказал?
— Потребовал убить тебя, — мрачно усмехнулся. — И если бы он имел доступ к чарам браслета, уже сделал бы это сам.
— И что дальше? Убьёшь?
— Я убедил его, что сейчас глупо отступать.
Но не уверен, что он не начнёт действовать сам. Даже в том, что он не пожелает избавиться и от меня.
Камилла вскинулась, устремив на меня испуганный взгляд полных слёз сапфировых глаз.
— Чем ты думала? Зачем, Камилла? От тебя требовалась малость!
— Я не могла, понятно?! — воскликнула она и стремительно вскочила с кресла. — Не могла! Я не такая, как вы… ты. Я не Синя… Ай!
Она рухнула на пол, словно подкошенная, сжала ладонью плечо.
Я сразу подлетел к ней. Злость сменилась беспокойством. Быстро расстегнув пуговицы, я потянул её пиджак вниз. Синяя Камелия на её плече пылала мистическим огнём, вокруг граней обета молчания проступали алые капли крови. Кожа припухла, словно от ожога. Камелия оценила последствия своей несдержанности, потом отвела взгляд, тихо всхлипывая.
— Я не смогу, Дамиан. Мы оба погибнем из-за меня, — бесцветным тоном произнесла она.
— Не погибнем, — сжав пальцами подбородок, я развернул её лицо к себе.
— Ты не погибнешь, слышишь меня? Я обещаю тебе.
Она замотала головой. По щекам заскользили жемчужины слёз. Не верила. А я, как ни удивительно, не сомневался. Я хотел её защитить. Глупо, ведь сам балансирую на лезвии кинжала.
— Палач сказал правду, ты предупредила Бриджит?
— Я не могла иначе.
Медленно кивнул, принимая к сведению.
— Но ты поговорила с Кристианом?
— Да, — взгляд её блеснул решимостью. — Он встретится с тобой. Позже сообщит время.
Камилла вновь отвела взгляд, словно что-то скрывала.
Сколько же между нами тайн и недомолвок.
— Ками, мы должны действовать заодно, доверять друг другу, — приблизившись, я поднял её на руки, выпрямился и понёс в её комнату.
На щеках девушки наконец появился румянец. Она молчала, глядя перед собой, пока я не посадил её на кровать.
— Принесу мазь. Нужно обработать… рану.
— Нет, — она вцепилась в борт моего пиджака, упрямо посмотрев в мои глаза. — Ты говоришь о доверии.
