Онлайн-библиотека книг
Я смотрю вперед, с каждой секундой ощущение бешеной скорости, почти полета над трассой, все приятнее, и вот я уже улыбаюсь. Леонхашарт тоже улыбается.
На меня нисходит безумно приятное ощущение, что мы уносимся от всех проблем. Прекрасный, изумительный побег от всего!
В поворот мы вписываемся с визгом шин и тормозов, Леонхашарт улыбается шире. Кабриолет мчится дальше, каждой клеточкой я ощущаю рев мотора, его выплескивающуюся в скорость мощь, его хищный рык покорителя пространств.
Вперед-вперед-вперед!
Глаза Леонхашарта блестят, когда он смотрит на меня, его улыбка такая беззаботная и искренняя, что я приподнимаю маскирующую накидку и улыбаюсь в ответ.
Изумительно, просто прекрасно.
А самое замечательное то, что Леонхашарт безошибочно четко определяет момент, когда надо съехать с трассы: мне еще не надоело, но я уже накаталась.
— Прикройся, — просит Леонхашарт, направляя автомобиль к ярко раскрашенному, сверкающему неоновыми огнями кафе с отельным окошком для автомобилистов.
В очереди впереди нас две машины: оранжевая и зеленая, обе приземистые, спортивные.
Пристроившись в конец, игнорируя любопытные взгляды сидящих за уличными столиками демонов. Леонхашарт искоса поглядывает на меня:
— Что будешь?
Его смартфон звякает. Поморщившись, Леонхашарт неохотно вынимает его из бардачка, проводит пальцем по экрану и открывает сообщение. Удивленно приподнимает брови:
— Интересный поворот. — зло усмехается он и качает головой, — узнаю, кто придумал эту пакость, рога откручу.
Приподнявшись, вижу фотографию… котика с обнаженной мной в объятиях. И приписка «Вот чем сейчас занимается пятнадцатая невеста».
Пожалуй, неплохо, что у меня такое замечательное алиби. Но Леонхашарт все равно злится, его пальцы крепче сжимаются на руле и смартфоне.
В следующий миг полусферы камней на броне Леонхашарта немного мутнеют, его глаза ослепительно вспыхивают лиловым, на коже проступают ало-лиловые линии, ногти трансформируются в когти.
Крики волной пробегают среди посетителей соседних кафе.
Волосы Леонхашарта поднимаются закружившимся вокруг нас ветром, трепещут, дрожат. Его искаженное напряжением лицо все сильнее покрывается сетью сияющих линий, броня странно скрипит, а помутневшие камни трескаются.
