Пробежала всего ничего, а словно кросс школьный сдала.
Вместе со мной в лифт набиваются почти все мои сослуживцы. Становится очень тесно. Пара человек еще пытается влезть, но их выпихивают, аргументируя тем, что лифт столько не увезет, и места уже нет. Надеюсь, не застрянем, и так чувствую себя как объемная такая медуза в банке со шпротами.
— Ну что там? — нетерпеливо интересуются у меня коллеги. — Чего ты так долго у него была?
— Меня приняли на должность помощника, — скромно ответила я.
— Что?! — Что?! Не может быть!
— Может, — так надо изобразить гордый таинственный вид.
— Но как?! — почти одновременно восклицают сослуживцы.
— Я знаю стопроцентный способ понравиться Андрею Александровичу, — с мечтательной улыбкой, «по секрету» говорю я. Вот это я жгу сегодня. Сама от себя не ожидала.
— Какой?! — у девушек, да и у некоторых мужчин, зажглись в предвкушении глаза.
— Интервью дам только тем, кто поможет с переездом в приемную Радова, при этом только без записывающих устройств, — это я перестраховываюсь, чтобы меня потом не подставили, а слухи это не доказательства.
Стоит ли говорить, что переехала я гораздо быстрее, чем за час? Вот что с людьми любопытство делает. Я сама даже пальцем не пошевелила, только командовала, какие вещи брать и куда что упаковывать.
Всего-то три коробки вещей получилось. Кое-какие документы, любимая офисная канцелярия, кружка, кое-что из запасной одежды и обуви, горшки с моими любимыми цветами, с которыми я просто не могу расстаться.
Ну и разнокалиберных статуэток — это моя страсть, дома и на работе у меня полно милых сердцу фигурок людей и животных, что я собираю еще с детства. Правда, с появлением в моей жизни кота и мужа, то и дела нечаянно разбивающих все хрупкие предметы, коллекция значительно сократилась. Я еще монеты коллекционирую и книги, но это уже только дома храниться.
Когда дело было сделано, меня утащили в курилку, я не курю, но это единственное место, помимо кафе, где можно собраться всем заинтересованным лицам, но так как время не обеденное выбрали это вариант.
— Рассказывай, — сложив на подоконнике выключенные телефоны, пятеро помогавших мне коллег посмотрели на меня как на великого учителя и гуру.
Главное, не засмеяться не вовремя.
— Андрею Александровичу нравятся пышечки, — с соответствующим моменту серьезным лицом, поведала я. — Так и сказал. Говорит: «Надоели эти воблы сушеные без груди и попы, схватиться не за что, ущипнуть негде.
