Отчим и падчерица

Брат одет по-домашнему: трико и майка.

– О, а вот а ты, мы младший братишка! – Поворачивается он к Владимиру и улыбается, – Как спалось?

– Ох, не спрашивай, все тело болит и голова квадратная, больше никогда не буду столько пить! – Отвечает Владимир и наливает себе воды из чайника.

– Никогда не зарекайся! – Говорит Виктор и снова поворачивается к плите, перемешивают еду.

Владимир загадочно смотрит в окно.

– Она на меня даже не смотрит! Я для нее пустое место, – грустно произносит он.

– Опять он о своем! – Поворачиваясь к брату и размахивая руками, говорит Виктор, – Малыш, я тебе уже говорил, ты должен показать ей, кто здесь главный! В конце концов, она твоя дочь теперь и должна тебя слушаться!

– Да не могу я так, Витя! Не могу! – В сердцах восклицает Владимир, – Мне не хватает той моей девочки, которая любила меня, которая смотрела на меня, как на гуру, я не могу тебе словами объяснить, это просто нужно чувствовать.

– Понимаю, любовь морковь и все такое, но надо двигаться дальше! Ты собираешься вечно сидеть и жалеть себя, оплакивать неудавшиеся отношения? Ты не планируешь действовать? – спрашивает Виктор, прищурив глаза.

– Не понимаю, что ты предлагаешь? Я сегодня туго соображаю, голова дико болит, – жалобным тоном отвечает Владимир.

– Я говорю о том, чтобы начать воспитывать девочку, а то совсем от рук отбилась! – беззаботно улыбнувшись, говорит Виктор и ободряюще подмигивает брату.

– Что ты подразумеваешь под словом “воспитывать”? Ты же знаешь, я и не отец и она уже достаточно взрослая, ее уже поздно воспитывать, – отвечает Владимир.

– Доверься мне, вечером придет твоя красавица я покажу тебе, как ты можешь ее воспитывать и получать одновременно настоящее удовольствие. Обещаю, через месяц или два, она снова станет шелковой и будет сидеть перед тобой на коленя, будет ползать у твоих ног, ты ведь этого хочешь? – Присев на соседний стул и заглядывая в глаза брату, спрашивает Виктор вкрадчивым голосом.

– Да, – растерянно говорит Владимир, – Я этого очень хочу.

Он снова печально смотрит в окно и тяжело вздыхает.

– Разве это возможно? – Бормочет он себе под нос.

– Что возможно? – Спрашивает Виктор.

– Ну, чтобы она снова любила меня и боготворила, что бы хотела быть со мной? – С детской наивностью в голосе спрашивает Владимир.