Отчим и падчерица

Затем, не выдержав эмоциональной перегрузки, он хватает ее за волосы и начинает просто насиловать ее в рот своим членом.

Обезумевшая Мария ошалело смотрит перед собой и пытается откашлиться, задыхается, а Владимир, ощущая, как сжимается ее тело от нехватки воздуха, начинает кончать в ее анус, просунув член, как можно глубже в ее прямую кишку.

Он делает еще несколько движений и замирает.

– Молодец, брат! Моя школа! – гордо произносит Виктор, ритмично натягивая рот Марии на свой член. – Хочешь, она оближет тебе его? – он показывает пальцем на измазанный в крови и сперме член.

Владимир долго колеблется, не отвечая и Виктор понимает, что это скорее “да”, чем “нет”.

– Милочка, слышишь? – обращается он к плачущей и пытающейся вырваться Марии, – Папочка хочет, чтобы ты пососала ему писю на прощанье и потом он пойдет домой.

– Зачем мне идти домой, – настороженно спрашивает Владимир, – Я и не собирался пока уходить.

– Братан, у тебя скоро жена придет и тебе нужно как-то сдерживать ее, чтобы она не кинулась на поиски дочери, ты забыл уже наш план? – спрашивает его Виктор, разворачивая несчастную и насаживая ее рот на член брата.

Мария скорчив брезгливую гримассу, начинает посасывать член Владимира.

– Смотри, братан, строптивая говоришь? Еще неделю назад она могла послать тебя, а сейчас, она отсасывает и облизывает член, который только что был в ее заднем проходе. – восторженно говорит Виктор, комментируя действия Марии.

Владимир стоит и завороженно смотрит, как Мария сосет ему, поглаживая ее по голове.

– Ну, братан, ты сегодня в ударе! Сколько можно? – снова подначивает его Виктор. – Я между прочим, еще ни разу не кончил за это время! Имей совесть, у меня сейчас яйца лопнут от переизбыстка любви в них!

Он тянет Марию за цепь, но девушка словно присосалась и продолжает ублажать Владимира.

– Видишь, она уже с радостью сосет у тебя, это именно то, что я говорил тебе! – довольно произносит Виктор, и еще активнее тянет цепь на себя.

Он поворачивает ее голову к себе и быстро тянет за волосы к своему паху, натягивая рот несчастной на свой, изнемогающий без внимания, ствол. Издав громкий победоносный клич, он начинает довольно грубо и ритмично трахать в рот Марию, стараясь просунуть ей поглубже в глотку.