Отчим в моей постели

Включив холодную воду и обняв себя за плечи, я взрываюсь, как надувной шарик. Слёзы бегут из глаз водопадом, и я прикусываю губу, чтобы мои рыдания не были слышны во всём доме.

Обидно, что моё предательское тело реагирует на его прикосновения. Что мне нравятся его руки на моём теле, а тот поцелуй не выходит из головы, заставляя кожу покрываться мурашками при одном только воспоминании.

Почему с Арсом не было ничего подобного?! Поцелуй был просто поцелуем, а не взрывом эмоций и ощущением блаженства.

Его прикосновения не вызывали во мне такую бурю чувств.

Почему кожа горит огнём в местах, где прошлись пальцы Руслана? И почему, несмотря на обиду и злость на него, возбуждение поднимается новой волной?

Может, со мной что-то не так? Может, у меня какие-то отклонения? Разве нормальную, здоровую девушку может так увлечь мужчина вдвое старше неё?

А как же Лизка? У неё ведь тоже непонятно что с мужчиной постарше?

Значит, мы обе нездоровые на голову.

Как с этим бороться, я пока не знаю, но слезами ничего не решить, и легче тоже не становится, только приходит головная боль.

Наверное, правильнее будет обходить его за километр или переехать. А что – я взрослая девушка, может, хочу жить отдельно, подружек к себе приводить, парня. Ну нет, конечно, никаких парней я даже рядом с собой видеть не хочу, но не в этом суть.

Средства, спасибо покойному отчиму, у меня есть, жильё тоже имеется, а мама сто процентов будет только рада избавиться от меня. Если меня не подводит память, то у отчима была квартира родителей, которую старый Бирман хранил как память.

Он был очень умным и дальновидным человеком – обзавёлся недвижимостью за рубежом. Но я не готова бросить всё и уехать туда, где никого не знаю. Мне вполне подойдёт квартира его родителей. Решено, осталось только поговорить с мамой, выяснить в каком районе находится квартира и забрать ключи.

Я выхожу из душа уже с другим настроением и, одев пижаму, ложусь спать в нетерпении.

Завтра всё изменится – я уеду и не придётся сталкиваться с этим дикарём Русланом. Да здравствует самостоятельная жизнь!

Просыпаюсь, когда за окном едва светает, в жарком поту, потому что Руслан всю ночь мучал меня. Во сне он не остановился, а продолжил мять мои изгибы, щипать и оставлять свои отметины на моей светлой коже. А я совсем не сопротивлялась, даже наоборот, позволяла ему трогать меня везде и, выгибаясь на встречу, стонала, прикусывая губу.