До сих пор не могу понять, как это произошло?!
Просто мистика какая-то.
Может кто-то всё нарочно подстроил?
Чьи это злые игры?
Я голову ломаю и ничего не пойму.
Но, с другой стороны, верю, что случайности не случаются.
Со мной пару раз случалось нечто невероятное…
Это жизнь.
Сложная, беспощадная, непредсказуемая жизнь!
Поэтому всё возможно.
После того, как на нашу семью обрушилась череда неприятностей, я перестала удивляться. Наш род словно и правда кто-то проклял.
Первым делом, я настраиваю себя, что мне нужно успокоится, чтобы не навредить беременности.
Начинаю просто считать до ста и обратно. Главное дышать. Выполнять глубокие, расслабляющие практики.
Сажусь на диванчик, затем, сворачиваюсь там калачиком. Так, не замечаю, как проходит несколько часов… Я немного задремала, как вдруг услышала, как щелкнул замок. Быстро поднялась в вертикальное положение, увидев перед собой объёмную тёмную фигуру.
— На выход. Хозяин тебя ждёт.
Я узнала Бориса по голосу.
За окном сгустились сумерки и здесь тоже уже было темно.
Я поднимаюсь с дивана и, пошатываясь, иду вслед за охранником. Так волнительно мне не было ещё никогда. Каждый шаг — и мощный удар сердца под рёбрами.
Мы поднимаемся по лестнице наверх, ноги едва идут. Я не живу, а парю в пространстве как призрак. Наконец, мы достигаем того самого кабинета — его кабинета.
Борис нервничает. Это тоже прекрасно ощутимо. Да и весь дом словно пропитался напряжением. Слуги попрятались по углам, давно в особняке Алаева не было так тихо.
У охранника Бориса выступила испарина на лбу, смахнув её, он осторожно постучал.
Толкнул тяжёлую, дубовую дверь, пропуская меня вперёд.
Я сильная.
Я окрепла за этот год и готова к любым испытаниям…
Прошла суровую школу от дяди Баграма Кабаева, так что и здесь не сломаюсь.
Моя главная задача — защитить сестру.
Я уверена, что глупышка не хотела ничего плохого! Я прекрасно знаю свою сестру! Дурочка сильно испугалась, что не понимала, что натворила. У неё ведь ветер в голове! Она как ребёнок! Рассеянная, легкомысленная.
Но очень добрая! И мухи не посмеет обидеть.
А может за рулём всё же был кто-то другой?
Кто-то из её друзей?
Но камера…
Я всё ещё на что-то надеюсь.
Ведь надежда умирает последней.
Мне неприятно покрывать преступника, но по-другому я не могу. Я не могу иначе поступить… Ведь я её старшая сестра! Она моё всё! У меня больше никого кроме Таи нет!
Родителей потеряла, так еще и что сестру похоронить?
Потеряю её, стану никому не нужной сиротой.
