Столкновение с реальностью оказывается фатальным. Мою душу крошит на мелкие частички, мое сердце нанизывается на острие боли, которая разрывает его на части.
Прийти в себя, как не странно, мне помогает горячий душ. Огненные струи ударяются о мое тело, словно языки пламени. Я быстро растираю кожу до красноты, вымываю волосы шампунем и выбираюсь из душевой. На часах почти восемь. Из номера я выхожу в половине девятого. Стучусь в соседний."
"Чем ближе становятся шаги по ту сторону двери, тем сильнее мне хочется спрятаться.
Убежать обратно в номер, но я этого, конечно же, не делаю. Нельзя мне. В номере Тимофей и он соскучился.
Дверь перед моим носом распахивается резко и неожиданно, хотя именно этого я и ждала.
— Доброе утро, — говорит Макар, пропуская меня внутрь.
Тимофей уже не спит. При виде меня радостно спрыгивает с кровати и подлетает, обнимая.
— Давно проснулся?
— Давно, — говорит обиженно. — Ждал, когда ты придешь, чтобы позавтракать.
— Он минут пятнадцать, как проснулся. Я попросил его подождать, пока приму душ, — раскрывает сына Макар.
— Хорошо, что подождали. Пойдем завтракать вместе.
О том, что я вчера согласилась позавтракать с Ником, вспоминаю в лифте, но ни Макару, ни Тимофею ничего не говорю. Как о таком сказать? Они оба настроены позавтракать втроем, а я скажу, что не могу? Легче отказать Нику, но ему еще нужно признаться в том, что случилось между мной и Макаром, когда он ушел. Вместе с отказом с ним позавтракать это будет выглядеть по-скотски, но другого варианта просто нет.
Я не оставлю сына, который смотрит на нас с отцом восторженно и не скрою от Ника правду.
Через две минуты после того как мы заходим в ресторан сын находит нам всем свободные места. Берет меня за руку и тянет к столику, усаживается и командует нам с Макаром:
— Я буду апельсиновый сок и блинчики с йогуртом.
— Полагаю, отказ в обслуживании не принимается, — говорит Макар и обещает сыну исполнить его желание.
Внутри ресторана мы расходимся. Есть мне совсем не хочется, но я все же беру себе овсянку с молоком и ягоды.
Сама взглядом ищу Ника, но его нет. То ли еще слишком рано и он не проснулся, то ли я просто его не вижу.
Обхожу ресторан несколько раз и иду к столику, который мы заняли. Макар и Тимофей уже сидят с тарелками. Я приземляюсь на стул рядом, ставлю свою тарелку на стол. Завтракаем молча. Я украдкой посматриваю на вход — Ника нет.
— Хочу десерт! — заявляет Тимофей после еды.
— Иди выбери себе, — отпускает его Измайлов.
